Знакомый запах. Вонь, гниль и муки совести…
Доски под тяжелыми лапами мучительно заскрипели.
– Кто ты? Чего ты хочешь? – прошептал Модус.
– Я тот, о ком ты подумал в самый первый момент. Не надо делать вид, будто не узнал меня.
Лев оскалил пасть, в которой оказался зажат красный камень… или шар… нет, кусок кровавой плоти… И когда он сомкнул зубы, кровь брызнула в стороны. Модус отшатнулся.
– Перстень! – вскрикнул он. – Ты тот, кто… Это твой перстень!
– О, конечно. – Клацнув зубами, лев проглотил то, что только что держал в пасти.
– Мой перстень. И ты вместе с ним тоже – мой.
Чудовище, по-видимому, хохотнуло, но это прозвучало так, словно кто-то выдирал с мясом обшивку корабля.
– Не могу сказать, что я ощущаю какую-то гордость по этому поводу. Ты не станешь украшением моей коллекции, Модус.
– Какой… коллекции?
– Коллекции людей… точнее, людишек. Но, зато, похоже, я выигрываю давний спор.
– Какой спор? – произнес Модус. Он был ни жив ни мертв.
Ему казалось, что все происходит в пьяном кошмарном сне.
– Со своей противоположностью. Мой оппонент считает, что создал венец творения и что чистые и благородные помыслы преобладают в ваших душах. А я уверен, что все обстоит ровно наоборот. Сколько раз я давал людям то, чего они страстно желали, воплощал их самые потаенные мечты. И что они выбирали? Знания? Творчество? Очищение от тайных пороков? Умение летать, как птица? Плавать, как рыба? Нет! Они выбирали другое.
Деньги, еду, питье, одежду, этот, как его… оргазм!
Послышался звук, похожий на вздох. А может, это был внезапный порыв ветра, который качнул корабль и ударил волной о причал.
– А что вами руководит? Желание помочь ближнему? Стать добрее, полезнее? Нет, Модус, предательство! Трусливое, мелкое. Изворотливое. Как гнилое яблоко в руке. И что в результате? Во что они превращают мои дары? Во что превращаются сами? В кучку мерзкой скользкой гнили!..
– Лев широко зевнул. – Что и требовалось доказать.
Черное чудовище смотрело на Модуса. Глаза-угли прожигали насквозь, выворачивали наизнанку, распыляли на атомы и собирали вновь.
– Я… не понимаю, о чем речь, – пролепетал Модус.
– Лжешь!
Модуса окатило волной нестерпимого жара, словно невидимая огненная рука отвесила пощечину.
– Говори, что я тебе дал, несчастное двуногое?
– Деньги… – еле выговорил он."
"– Удачу! – рявкнуло чудовище.
