Три года назад с ней и её семьёй он поступил жестоко, но за это время в княжеском гадюшнике Ена поняла, что другого выбора у него и не было. Можно даже сказать, что Злат действительно поступил благородно, приняв её условия и сохранив Ярешу, Зорану и Рокелю жизни. А его поганое, но покровительство подарило ей шанс и время при дворе, чтобы избавиться от всех тех, кто разрушил её жизнь. Ена ненавидела Злата, но в то же время понимала, что всё могло быть намного хуже. Он мог соврать и отправить за Ярешем и его сыновьями убийц, мог Ену продать как скот.
Злат достаточно умён, чтобы заметить, чьи именно враги дохнут с завидной регулярностью. Но князь продолжал со смехом отмахиваться от всех обвинений бояр в её сторону, все смерти происходили при свидетелях, и причастность Ены доказать никто не мог, но определённо Злат понимал и пока её защищал. Он был ненавистной, но необходимой ей защитой. И лишь поэтому она его терпела.
– Ена, Ена, – со вздохом покачал головой Злат, однако улыбка с его губ не сходила. – Бояре жалуются, что из-за тебя люди на дворе мрут.
– Я за ягоды в чужих глотках не отвечаю, это решение богов. Они милостивы и подонков наказывают, а невиновным-то чего бояться?
Вряд ли её намёк остался Златом непонятым, они давно уже общаются так: на острой грани опасной откровенности. Таир, как и его отец, весьма неплохо запустил руку в казну. Ена это выяснила и сомневалась, что Злат не знал.
Неясное веселье не сходило с лица князя, пальцы постучали по резному подлокотнику.
Пауза затянулась, тишина начала звенеть в ушах. Ена ждала продолжения, вердикта или же позволения уйти, однако Злат улыбался, размышляя о своём."
"– Ты знаешь, что происходит на границе Никоновского княжества? – неожиданно поинтересовался он. Ена не выдала удивления, но на тему войны и происходящего за пределами Визны он с ней говорил мало.
– Слышала, каким Зоран стал и что сделал?
Ена невольно напряглась, так происходило всегда, стоило Злату заговорить о её близких. Вроде ничего серьёзного, но она нутром чуяла, что неспроста он на Зорана беседу перевёл. Князь смотрел на Ену пристально, не моргая, веселье из глаз пропало, хоть губы и удерживали натянутую улыбку. Он буквально пригвоздил девушку взглядом к месту.
– Немного слышала, – признала она.
