По лицу Злата прошла тень, рука вновь сдавила горло, задушив следующий всхлип.
– Хватит рыдать, Ена. Умерли мой отец и брат! Я мог быть с ними, а ты рыдаешь над предателями, которых ради тебя я готов помиловать, но тебе и этого недостаточно?! – Он едва не рычал ей в лицо, несколько раз встряхнув девушку. – Похоже, недостаточно сильны твои чувства, а все слова о любви ко мне не более чем ложь! Вся твоя преданность и симпатия – жалкий обман! Думал, что ластишься ко мне не ради моего статуса, а потому, что действительно любишь.
Да гляжу, любовь твоя ничего не стоит. Князь, который не пожелал назвать своей дочерью, тебе важнее, чем я, который годами боролся за наш союз! Я упрашивал отца, унижался! Решай, Ена! Даю тебе последний шанс! Либо делаешь, как я сказал, либо рыдать будешь ночами перед обезображенным Рокелем!
Ена испуганно умолкла, она замотала головой, силясь ответить, но вырывался один хрип. Злат не замечал, как в гневе всё сильнее сдавливал ей горло. Ена вцепилась ему в руку, стараясь ослабить давление.
Злат ещё дважды ударил её спиной о стену, дрожа от сдерживаемой ярости.
– Хо… хорошо. Я с-согласна. Т-только отпусти их домой. Не к-калечь. П-поклянись, что и п-после их не тронешь, что с-спустя годы не отправишь уб-бийц. П-пожалуйста!
Она пыталась придумать что-то, панически вспоминала узоры, всё внутри сжалось от дурного предчувствия, которое подсказывало ей принять предложение. Ену ужасал сделанный выбор, но он был лучше всех остальных.
Злат зарычал, оторвал Ену от стены и буквально швырнул в сторону.
Девушка ударилась о кровать и не упала лишь благодаря столбику балдахина.
– Я даю тебе выбор, когда и не должен, а ты продолжаешь выставлять новые условия! – рявкнул он и до скрежета стиснул зубы. Ена замерла, вцепившись в балдахин, не плакала больше, но тряслась, жадно ожидая ответа. – Хорошо, не трону я их, а ты взамен будешь покорной и не станешь мне перечить или проблем создавать. Поняла?
– Я… да, я б-буду п-покорной…
Злату не понравилась её неуверенность, тихий голос.
Лицо князя лишилось всех эмоций, он ей не поверил.
– Тогда раздевайся.
Ена опешила, схватилась за сарафан на груди, невольно мотнула головой, даже не успев подумать. Злат поймал её руку раньше, не дав отступить ни на шаг. Сжал тонкое запястье до боли, дёрнул к себе, повалил Ену животом на кровать. Рука вдавила её лицо в одеяла. Ена пыталась упрашивать, бормотала просьбы и сражалась за глоток воздуха, пока давление не позволяло дышать.
