– Я… мне нужно идти, – хрипло выдала Ена, неловко сползая на противоположный край, но ноги на пол спустить не успела: Рокель вновь уложил её, замотав в покрывало.
Ена могла воспротивиться, когда он уложил её обратно, да сил не было. Она с доверчивой беззащитностью уставилась на княжича, не особо желая уходить, в его кровати, окутанная знакомыми запахами, она чувствовала себя спокойно, в безопасности. Словно ноша, которую Ена изо дня в день таскала на своих плечах, оставила её хоть ненадолго.
– Останься, – пояснил Рокель, выдавив вымученную улыбку.
– Здесь тебя никто не тронет, а чем дольше останешься, тем достовернее будет выглядеть, что с тем подонком никто из нас не встречался.
Рокель встал и поднял свою рубаху с пола. Ена заставила себя отвернуться и потерять последние мгновения возможности увидеть его обнажённую кожу.
– Я схожу ещё за водой и лекарством на случай, если тебе станет плохо ночью.
Ена хотела возразить, но ласковое прикосновение пальцев к щеке вновь лишило дара речи.
Ей столько всего хотелось сказать, но все откровения сбились в кучу, сделав её немой, не способной решить, с чего начать.
– Я скоро вернусь, а ты спи, забудь о тревогах. Завтра мы со всем разберёмся.
Одарив её слабой улыбкой, Рокель тихо вышел. Ена судорожно вздохнула, плотнее завернулась в покрывало и лицом уткнулась в подушки, стараясь не обращать внимания на болезненно яркие ощущения по всему телу: ей до сих пор чудились прикосновения княжича.
* * *Рокель сказал, что наутро они со всем разберутся.
Так и вышло. Только не они, а он. Ена почти была уверена, что во сне чувствовала его объятия, но стоило ей проснуться, как Рокель уже был одет и собран. Князь вызвал его к себе, поэтому он ушёл поговорить со Златом, не дав Ене ни единой возможности. Она два часа нарезала тревожные круги на княжеском дворе, опасаясь, как Злат отреагировал. На Яна ему плевать, даже если Мстислав обвинил Ену или Рокеля, вряд ли князь пальцем пошевелит, чтобы разобраться в смерти какого-то там рядового дружинника.
Не станет же Мстислав рассказывать, что позволял наёмным убийцам по княжескому двору шастать. Однако Ена была уверена, что Злату доложили, в чьей кровати её нашли. Князь может пожелать разобраться с Рокелем, если не из ревности, то ради напоминания о превосходстве его власти.
Ена шумно выдохнула, заметив Рокеля целым и невредимым, выходящим во двор. Напряжение спало так быстро, что ноги подкосились и захотелось присесть.
