– И что? Спать с ними будет… ахахаха… мало ли какие извращенцы на Севере…
Коста покраснел. Не хотел, но щеки сами собой опалило жаром от гнева. Эти сытые… уроды…
И что с того, что больше всего на свете в ту зиму он хотел чуни? Серенькие, мяконькие, с подбитой подошвой, чтобы не скользили. Такие теплые, что и в саму пургу ногам тепло? Что с того? Что с того, что он декаду иногда приходил смотреть в лавку сапожника – не продались ли… И мечтал… о них. Они даже снились ему по ночам.
И что с того, что он хотел новую кисть? Набор начинающего каллиграфа.
Тот самый, который купили тогда Нейро… и он хвастался им. На него он тоже ходил смотреть. Иногда дышал на стекло – делая окошечко, и глядел в лавку – сияет ли на прилавке – вторая полка справа, и набор хрустящих свитков к нему… Мастер тогда сказал – дорого. И что он – Коста, слишком много жрет, потому у них нет денег… и потому он просто ходил смотреть…
– Ахахахаха… нет, это же надо… больше всего хотеть кисти… ахахахаха… что за…"
"– У нас теперь берут нищих в ученики? Приютский был… послушник был… теперь давайте чернь собирать?
– Молчать!!!
– Это ученик Четвертого…
– И что с того…
– Нет, я не понял, где бабы? Где сиськи? Где вот это вот все?
– Может он евнух?
– Не, ну ты помнишь прошлый раз, когда считывали «тайные желания»… у Семнадцатого была такая сочная… такая сочная, что прямо сейчас потечет…
Коста встретился глазами с соседом по комнате, сидевшем во втором ряду – тот покраснел, сжав кулаки, но не произнес ни слова.
– Тихо!!!
– Тишина в аудитории, – надтреснуто прокряхтел старичок в очках, громко стукнул тростью о пол.
Виски ломило так, что пришлось зажмурить глаза от боли – мастер Рис ни разу не делал ему больно, хотя проверял воспоминания много раз.
– Ты как, Номер? Нормально?
Коста кивнул со второй попытки, перебарывая тошноту. Добродушная улыбка на лице менталиста изгладилась – на лбу блестел пот, вытаскивать воспоминания – это тоже давалось непросто.
– Вот и молодец, Номер… держишься отлично… даже не вскрикнул ни разу… или не больно?
«Больно» – Коста обхватил руками голову.
– Ну-ну, ещё пара воспоминаний и закончим… нам нужно определить твою емкость и предел… – вздохнул менталист устало. – Смотри мне в глаза… попробуй сконцентрироваться, знаю, это сложно… но попробуй сам сконцентрироваться на воспоминаниях, которые нужно показать…
Коста кивнул – он и сам почти уловил принцип, как именно раскучивается память.
