Если бы он, Коста, торговал бы людьми, чего бы он хотел? Выслеживал бы, ловил, вез, выставлял на торги, чего бы он хотел?
Фениксов. Он бы хотел фениксов.
Вчера он выспросил у соседа-по-углу всё, что мог и про торги, и про то, почем “живой товар” на рынке.
– С-с-с… сколько, – спросил он четко, откашлявшись, – сколько стоит женщина? На аукционе… в Аль-джамбре?
– Около трех фениксов, – «мастеровой» удивленно повернул голову в его сторону. – Если «простая» и такая, – он слегка кивнул на другой конец трюма.
– Сир здесь нет. Если круг хотя бы выше четвертого – можно продать, как жертву на алтарь. Там от восьми золотых дадут. Но тут таких нет.
– Мужчины?
– По-разному, – «мастеровой» пожал плечами. – Зависит от того кто, что умеет… Вот те, могут уйти за семь, – он кивнул в сторону четырех бугаев. – Я, – он криво усмехнулся, – хорошо, если дадут два или три в таком состоянии…
– Но мужчина стоит дороже, чем женщина? – уточнил Коста.
– Обычно – да. Мальчики… – тихо продолжил сосед, глядя на Косту, – особенно красивые, стоят выше… если красивые и нетронутые… от восьми фениксов… новые игрушки редки…
– Я – красивый? – хрипло уточнил Коста.
– Обычный, – отрицательно помотал головой «мастеровой». – А вот этот, – кивнул он сторону тощего, длинного и как-то по девчачьи стройного мальчишки в другом конце трюма, – ещё может, если отмыть…
– Дети? Старики?
…
Коста очнулся, вздрогнув от шума – кто-то встал, завозился в дальней части трюма и пошел в нужник.
Не-эти-четверо, – напрягся Коста.
– Только не-эти-четверо-прошу-Великий. Только не сюда.
Мастер резко вздохнул, дернувшись, и Коста подполз ближе – очнулся? Нет, показалось. Просто Наставника опять бросило в холод и зазнобило.
«Прощайся, у многих не было и этого»."
"Прощаться Коста не собирался. Как и сдаваться. Как и лезть больше на рожон прямо в лоб. Он пощупал ребра – всетаки похоже треснули, разбитую губу в утренней драке, и нашел взглядом темный угол в другой части трюма, который отвоевала себе четверка бугаев – лучшее место у окна.
Если бы Мастер пришел в себя, он бы договорился. Нашел слова. Заболтал, убедил бы, соврал, обманул, запутал… но договорился бы. И с теми, кто в трюме, и с теми, кто сверху. В этом Коста не сомневался. Но он – не Мастер.
Коста вздохнул и принялся считать фениксы.
Женщин в трюме было четырнадцать. Пятнадцать, поправился он про себя. Значит, сорок пять фениксов.
Мужчин двадцать один. Девять детей. Пять стариков.
