— Чтоб ты сдохла в жутких мучениях, Катажина Лэверти!
Зеркальная гладь была полностью закрыта огромным газетным разворотом, на котором в полный рост была изображена девушка в синем платье с темными волосами и фиалковыми глазами. Так как тема предстоящей свадьбы темного герцога и леди Катажины была необыкновенно популярна, в газете придумали напечатать отдельные магические плакаты с изображением жениха и невесты.
Едва раскрыв тот номер, из которого практически в полный рост развернулось изображение ненавистной навозной девки, Мониса поперхнулась утренним чаем и тут же пришла в дикую неконтролируемую ярость.
И вот сейчас на месте глаз Катажины на плакате красовались рваные дыры, которые Вариен выцарапала собственными ногтями.
Она совершенно не предполагала, что Форас способен зайти с этой девчонкой из лавки так далеко!
Что угодно, только не свадьба!
Это она должна была быть невестой! Она! Мониса!
Про нее сейчас должно было судачить все Инферно, обсуждая, в каком платье она появится у свадебного алтаря!
До того, как Форас объявил на Самайне Лэверти своей невестой, у Монисы еще теплилась какая-то надежда, что темный герцог одумается и вернется к ней.
По правде сказать, в глубине души она вообще предполагала, что шестой верховный демон подойдет к ней на балу… В какой-то момент так и показалось — Мониса затрепетала, думая, что Форас идет к ней…
Но он прошел мимо, даже не взглянув на баронессу!
Проклятая навозная девка! Все, все, все из-за нее!
В этот момент неприметная дверка черного хода открылась, и в спальне показался поверенный Монисы.
Демоница набросилась на молодого человека, как разъяренная тигрица.
— Ты! Обещал все устроить, а тем временем свадьба уже через два дня! Обманщик!
— Не нужно нервничать, госпожа. Я с хорошими новостями. Я нашел людей и обо всем договорился.
— Ты столько времени кормишь меня обещаниями, а эта поганка тем временем радуется в объятиях моего герцога!
— Разве вам не нравятся мои объятия, госпожа?
Вне себя от злости, Вариен хотела закричать, что в любовных утехах этот болван и в подметки не годится Форасу, но решила действовать хитрее.
— Очень нравятся, — томно ответила баронесса и приобнажила линию декольте. — Но понравятся еще больше, когда эта подстилка будет примерно наказана!
Засмотревшись на грудь баронессы, молодой человек захотел прижать ее к себе, но Вариен не далась.
— Это будет платой за проделанную работу.
— Условия изменились, госпожа, — ухмыльнулся слуга.
