Сложнее всего пришлось с поиском художника, который бы оформил мою вывеску, а так же этикетки для будущих духов.
Господин Траффорд указал мне самого лучшего художника в городе. Я сходила на выставку его работ и признала, что он действительно рисует красиво. Но… Увы, в жизни этот художник оказался настолько мерзким товарищем, который тут же напомнил мне Грегори Педера, что стало ясно — никаких дел я с ним вести не смогу.
Он выставил условие, что будет сотрудничать со мной, только если я буду позировать ему ню.
Что меня, разумеется, не устроило, и наглец был послан далеко и надолго.
Благо, и с художником выручила умница Трисия: подсказала того, который трудился в их газете. Этот небогатый и приятный юноша страшно обрадовался возможности поработать на меня. А когда нарисовал мне вывеску и первую этикетку для духов, я поняла, что он намного более талантлив, чем тот избалованный известностью тип, с которым я попыталась договориться изначально.
В общем, по части магазина все шло по плану.
В отличие от моей предстоящей свадьбы с темным герцогом.
Каждый раз, когда Форас пытался приблизиться ко мне, я убегала или отворачивалась, пытаясь не допустить этой близости.
Но так делать я могла только до свадьбы, а потом… первая брачная ночь и все дела.
Паника накатывала на меня, когда я представляла, что демон проникает через мою защиту и узнает мой секрет. Узнает, что я — существо из другого мира, которое несет в себе опасность для мира его собственного. А что делают с опасностью?
Правильно.
Ее устраняют.
Единственным, кто мог успокоить меня в эти дни, был Дуайт Уолтон. Как официальная невеста темного герцога, я теперь не могла видеться с ним часто и наедине. Но наших прогулок по Вилберн-парку мне вполне хватало.
Я никогда не забуду глаза молодого целителя, когда мы с ним впервые встретились после объявления о моей помолвке.
Это был такой взгляд… Такой, что мне подумалось, что совершаю огромную ошибку и мне любыми способами нужно отменить эту свадьбу.
Однако спустя буквально пару мгновений Дуайт взял себя в руки.
И это было достойно огромного уважения. Он поздравил меня, сдержанно и официально. А я не выдержала и заговорила с ним о побеге.
— Это то, чего я хотел бы больше всего на свете, — проговорил Уолтон негромко. — Сбежать с вами и оберегать вас. Но я не могу подвергать вас такому риску, Катажина. Я… не могу себе этого позволить. Это неразумно. Поэтому совершенно исключено — Форас отыщет вас, где бы вы не были.
