— Не могу поверить, что ты на такое способна…
— Поверь мне, я очень добрая и милосердная, — возразила Порция. — Я могла убить тебя, а твою дочурку отправить в приют… Или куда похуже. Вместо этого я стала ее патронессой. Так что на твоем месте я была бы благодарна.
— Расскажи мне о ней! Хоть что-нибудь, прошу! Какая она стала? Я бы все, все отдала за то, чтобы увидеть Катажину хоть на секундочку, хотя бы одним глазком!
— Серьезно? Ловлю на слове! — Порция засмеялась недобрым смехом. — Смотри!
И она достала из кармана платья газету.
В колонке светской хроники была большая статья про то, как Форас Данталион и Катажина Лэверти посетили благотворительный бал с красочным изображением жениха и невесты. Леди Клэй свернула газету таким образом, чтоб была видна только Катажина.
На пять секунд поднесла к зеркалу.
Эвелина протянула к изображению руки, вбирая каждую черточку повзрослевшей дочери, но ее пальцы наткнулись только на холодную гладь зеркала, которое находилось в ее темнице.
— Ну вот, полюбовалась и будет! Теперь выполняй обещание, дорогая сестрица!
— Чего ты хочешь…
— Скажи мне, кто отец Катажины, и почему ты его так боялась?
— Ты хочешь навредить моей дочери! Я ничего не скажу.
— Скажешь. Во-первых, потому, что обещала. А во-вторых, потому что… Так у тебя хотя бы будет надежда, что твоя дочь останется в живых… А не выпьет вместо почти безобидного катсориума экстракт белладонны, например….
— Зачем тебе это знать? — устало промолвила Эвелина.
— Скажем так, мне всегда было интересно, с кем спуталась моя сестренка и от кого родила дочь вне брака, — притворно улыбнулась Порция. — Такая сестринская откровенность, знаешь ли…
На самом деле главной причиной было другое. С некоторых пор девчонку как подменили. И почему проверенное годами средство перестало действовать, и в ней внезапно проснулся дар?
— Говори, Эв, иначе я прямо сейчас пойду и отдам приказ, чтобы белладонна оказалась в ее вечернем чае!
— Отец Катажины — Олден Астарот, — бесцветным голосом проговорила женщина в зеркале.
— Глава одиннадцати верховных? Его Светлость, первый демон? — в голосе Порции послышалась зависть. — Так ты у нас могла стать первой леди Инферно?
— Не могла бы… Моя родословная для него недостаточно блестящая. Он никогда не женился бы на мне. Но я точно знала, что, узнай он о том, что я беременна, верховный демон тут же отнимет ребенка, чтоб воспитать его по-своему.
