* * *Следующий день был самым длинным в жизни Саши. Все происходило как в призрачно-тягучем тумане.
Он долго выбирал ножи, придирчиво осматривая каждый из них. Ковалев учитывал все параметры – длину и толщину лезвия, вес, удобство обхвата рукоятки… На балконе среди отцовских инструментов он нашел шлицевую отвертку с заостренным наконечником. В свое время он сам, неизвестно зачем, заточил ее напильником. Там же валялась упаковка эластичного жгута, которую он вместе с молотком тоже прихватил с собой.
«Пригодится», – решил Ковалев, спрятав свой «боекомплект» под кроватью.
Однако вечером случился неожиданный казус – мама вдруг решила поджарить мясо, и ей понадобился именно тот самый нож, который выбрал Саша. Пока мама, ворча, рылась в ящиках на кухне, он незаметно принес нож обратно, сунув его за холодильник. Который спустя пару минут он, разумеется, сам же и «нашел».
«О, смотри, мам! Интересно, как этот нож туда завалился?!»
Утром мама ушла на работу, и Саша, тщательно вымыв нож, снова отнес его в комнату, аккуратно положив на ковер рядом с другим вооружением.
Он критически оглядел свой арсенал.
Два столовых ножа, отвертка и молоток. Медицинский жгут и моток скотча на всякий случай.
«Я должен справиться», – подумал Саша, бережно заворачивая все это в старую рубашку. Сверток он убрал в рюкзак и посмотрел на часы.
К Ирме он должен попасть в десять вечера. У него еще полно времени.
Выйти на улицу, прогуляться? Может, зайти к Ирме?
Ковалев нерешительно взглянул в окно, в которое отчаянно барабанил дождь.
Нет, в такую погоду Ирма точно не выйдет гулять. Придется подождать.
Он забрался с ногами на кровать, положив рюкзак со снаряжением рядом. Прикрыл глаза, улыбнувшись. Скоро все закончится.
Мыслями Саша перенесся далеко-далеко.
Как только они с Ирмой станут свободными, они куда-нибудь уедут. Например, на юг. Там, где всегда тепло и спокойно. Там, где ласковое море и нет сумасшедших родителей, которые хотят вырезать сердце у своей единственной дочери, пусть и приемной… И они с Ирмой всегда будут вместе.
А потом у них родится ребенок, сын. Нет, лучше двое детей – сын и дочка… Оставалось только одно небольшое препятствие – приемные родители Ирмы. Но он справится с этим. Он был готов умереть за свою возлюбленную. И он убьет любого, кто встанет на его пути!..
Четырнадцатилетний подросток, перенесший тяжелейшую операцию в виде трепанации черепа после неудачного падения с тарзанки и лишившийся части мозгового вещества, начал дремать.
