Слушание началось, но он не обращал внимания на монотонные речи. Даже не взглянул на парламент, когда треть из его членов удалилась с заседания, и не стал смотреть, как стражники из Гнезда рассказывают, что именно случилось вчера ночью, несмотря на их наглую ложь. Нет, за всё заседание он ни разу не отвёл глаз от Порши с её друзьями, пытаясь углядеть в них кровожадных махинаторов, какими считала их Уинтер.
Он видел, как Корделия под столом взяла Нэша за руку. Видел, как Порша коснулась лбом опустившегося плеча Ригеля, когда мимо прошёл отец, не удостоив сына даже холодным взглядом.
Видел, как Нэш прижимает к себе покалеченную руку, как Корделия нервно теребит локон волос, как Ригель отвечает на вопросы со слезами на глазах и как трясутся руки Порши, пытающейся храбриться. И, самое главное, за все их показания они ни разу не упомянули его. Ни единым словом. Не стали оправдываться за его счёт, не сказали, что он заставил их угрозами. Они даже не смотрели в его сторону, категорически отрицая наличие заговора против Ориона.
Они защищали его – хотя это он должен был защищать их.
Наконец, парламент закончил голосовать. Седеющая секретарша в толстых очках поднялась на ноги, чтобы огласить результаты.
– Корделия и Нэш Алуэтт, – произнесла она. – Порша Гейл. Ригель Халсион. Вы признаны виновными в попытке хищения и измене.
Саймон похолодел, в шоке распахнув рот. Даже сейчас никто из друзей не посмотрел на него, и он ощутил мягкое прикосновение мамы к плечу, словно она уловила чувство вины, которым его накрыло.
Нечестно. Как же это было нечестно.
Птичий повелитель поднялся. Тёмно-синяя мантия сверкнула под лучами солнца, льющимися в зал сквозь стеклянный купол."
"– Благодарю вас, парламент, – произнёс он, коротко склоняя голову. – Я принимаю ваше решение. Как всем известно, измена несёт за собой тяжелейшее наказание. Мне больно думать о том, что столь юные жизни могут прерваться из-за проступка, который можно было бы счесть простой оплошностью.
Однако перед тем, как проявить милосердие, я должен принять во внимание безопасность нашего Царства. Если бы они смогли украсть то, за чем приходили, весь мир анимоксов погрузился бы в хаос, который забрал бы бесчисленное множество жизней.
Внизу Порша склонилась и что-то шепнула Ригелю. Тот качнул головой, и она обратилась к Корделии, потом к Нэшу, но они тоже ответили отрицательно.
