Я должна была поехать по дороге, по которой собирался проехать Кирилл, я должна была убедиться. Я не знала, что это могло бы изменить, но не сидеть же и терпеливо ждать? И чего ждать? Того, что он не никогда не вернется? Меня пробил озноб от одной этой мысли.
Я завела машину с брелка и бросилась обуваться, мое сердце гулко билось в ушах. Я знала, что дорога будет пуста, я ничего не найду, знала, но не хотела в это верить. А потому пока оставалась хотя бы малейшая надежда, я предпочитала верить.
Когда я застегнула второй сапог, в моем кармане зазвенел телефон.
Я нетерпеливо вытащила мобильный. На экране высветилось: ""Кирилл"". О Господи!
— Кирилл! — заорала я, тут же прижав телефон к уху.
И в ответ услышала тот самый искаженный голос, который уже слышала, находясь под куполом во дворе Ясель.
Голос смеялся.
— Я же говорил, я вернусь.
— Что ты с ним сделал?! — зашипела я.
— О, пока ничего. Жив пока, даже почти здоров. И если ты будешь умницей, таким и останется.
— Что ты хочешь? — глупый вопрос, я это прекрасно понимала.
— Я хочу Огненного Зверя, — ожидаемо ответил голос. — И сегодня я настолько добр, что готов оставить и тебя, и твоего дружка в живых, если только ты отдашь мне то, что я хочу.
Я молчала, тяжело дыша. Я готова была на все ради Кирилла. Умереть, чтобы он жил — да, пожалуйста. Но отдать Зверя…
— Я так понимаю, тебе нужно время подумать? Хорошо, — великодушно согласился голос. — Ровно через две минуты я перезвоню и хочу получить ответ.
— Он действительно еще жив? — спросила я.
— О, хочешь поговорить? Ладно, убедись, — я слышала громкие шаги, гулко отражающиеся от стен. Какое-то пустое помещение. — Эй ты, скажи своей любимой, что я тебя убью, если она не отдаст мне Огненного Зверя, — глухой удар, я вздрогнула. — Живо!
Кирилл не попросил. С замиранием сердца я лишь услышала, как он ответил Капюшону: ""Пошел к черту"", а потом еще один глухой удар.
— Слышала? — снова заговорил мой шантажист. — Жив, но геройствует.
Не бери с него пример. У тебя две минуты. Поняла? Иначе я подвергну его обычной процедуре, как вашу подружку Илону. О! Как она кричала!
— Сволочь!
— Две минуты. И не секундой больше. Поняла?
— Поняла, — выдохнула я.
— Вот и отлично, — он положил трубку."
"Мне хотелось кричать, не кричать — выть! Я села на пол, обхватив голову руками. Сердце бешено билось.
Он у него, Кирилл у него, и он его убьет, непременно убьет, если я не соглашусь отдать ему Зверя.
