К чему он меня подталкивал? К какому событию подготавливал? На что намекал?
""Сейчас мозги закипят"", — заметил Зверь.
""А у тебя есть варианты объяснения его поведения?""
""Мы не знаем, что он видел, — сдаваясь, признал мой друг. — Никаких зацепок"".
Я первой отвела взгляд, устав от этой игры в ""гляделки"".
— И когда же я получу ответы?
Золотаревский остался доволен моей капитуляцией.
— Раньше, чем ты думаешь.
— Когда? — продолжала настаивать я.
— Завтра, как тебе такой вариант?
— Завтра вы расскажете мне правду? — не поверила я.
— Завтра уже многое станет тебе понятно, — со всей серьезностью пообещал старик.
Я не верила. Уже завтра? Все эти загадки, чтобы уже на следующий день приоткрыть завесу тайны? Сегодня, завтра — один день, какая разница? Что может произойти за ночь?
— Что-то мне подсказывает, что завтра вы сбежите за границу, только чтобы ничего не рассказывать, — высказалась я.
— Я могу поклясться тебе своей жизнью, что я никуда не уеду, — ответил Владимир Петрович настолько серьезно, что меня пробрал озноб.
— Простого обещания будет достаточно, — пробормотала я.
— Вот и отлично, — кивнул он. — А сейчас я предлагаю тебе взять книги и идти заниматься. Я должен уехать по важному делу, не смогу составить тебе компанию.
— Вы только будьте осторожны, — попросила я, старик стал мне очень дорог за это короткое время, и хотя я не разделяла его методы кукловодства, я по-настоящему полюбила его и не хотела, чтобы с ним что-нибудь случилось.
— Со мной все будет хорошо, — пообещал Золотаревский.
— А ты ни на минуту не забывай, ты моя надежда, но моей веры в тебя мало, ты должна верить в себя.
Когда он так говорил, у меня ком вставал в горле.
Я только сдержанно кивнула и встала. Все необходимые мне книги были в конференц-зале, и я направлялась туда.
Я отановилась в дверях и обернулась."
"— До завтра, — сказала я, вкладывая в свои слова больше, чем просто вежливое прощание.
— До свидания, — отозвался старик, я видела, как он снова достал листок из стола и принялся что-то писать.
Я вышла, плотно притворив за собой дверь.
Владимир Петрович уехал из офиса примерно через час после нашего с ним разговора. Мы уже попращались, поэтому я не вышла из конференц-зала, в котором удобно расположилась, только слышала шаги и захлопнувшуюся дверь.
Поведение старика меня беспокоило. Было стойкое ощущение, что меня обманули, но я не могла понять, где и в чем.
Завтра… Завтра все будет ясно.
