Уверена, увидев тебя, он приревновал.
Но Кирилл все еще был очень серьезен.
— Ревности я не почувствовал, — настаивал он. — Только злобу.
— Ну не знаю, — протянула я. Я не была без ума от Мартынова, но считала его хорошим человеком, то, что Кирилл был так категорично настроен против него, мне было неприятно. — А что с родственниками Илоны? — спросила я, одновременно закрывая предыдущую тему. — Ты всех известил?
— У Илоны никого не было, только кошки. Наших я всех известил.
— Кошки?! — ахнула я. — И что теперь с ними будет?
— Леночка уже сегодня отвезла их в приют.
Он так спокойно об этом говорил, что я ужаснулась.
— В приюте их усыпят, если никто не захочет взять к себе! — воскликнула я.
— В этом не усыпят, — заверил он. — Этот приют принадлежал Илоне.
— О, — вот и все, что я смогла сказать.
— Не переживай, я уже договорился с Владимиром Петровичем о том, что финансирование этого приюта продолжится, несмотря ни на что.
Кирилл говорил уверенно, а он не был из тех, кто бросает слова на ветер.
Мне стало спокойно.
Я замолчала и задумалась. Илона была хорошей, но очень одинокой. Почему в жизни бывает так несправедливо? Стало грустно.
— Нужно договориться о похоронах, — сказал Кирилл и встал. — Я обещал старику, что возьму это на себя.
Я кивнула, очень не хотелось, чтобы он уходил, но я понимала, что это его долг перед Илоной.
— Поедешь со мной?
Я вскинула голову, не веря своим ушам. Он зовет меня с собой? Мне захотелось ответить немедленным согласием и тут же броситься собираться, но я осадила коней.
— Уверен, что смогу быть полезна, а не просто путаться под ногами?
Естественно, мне было безумно приятно, что Кирилл позвал меня, и я смела надеяться, что и ему не хочется со мной расставаться и уезжать, но я заставила себя мыслить ясно, не опираясь на одни только чувства.
— Я никогда не говорю того, в чем не уверен, — с укоризной сказал он.
Я все еще, как прикованная, сидела на своем табурете.
— Так я собираться? — я решила все же еще раз переспросить, вдруг мне все просто померещилось.
Кирилл усмехнулся моей нерешительности.
— Собирайся уже!
Я вскочила и бросилась в комнату.
* * *Весь остальной день прошел как в тумане. Мы куда-то ездили, Кирилл о чем-то разговаривал, кому-то звонил.
Сказав, что я смогу быть полезной, он явно сильно преувеличил, может, я и не путалась под ногами, как боялась, но пользы от меня не было никакой. И я могла только гадать, зачем он потащил меня с собой.
