Она умеет оригинально мыслить.
— Согласен, это важное качество. — Он помолчал. — Рита, мне надо задать вам серьёзный вопрос.
Рита насторожилась:
— Я слушаю.
— Вы, пожалуйста, не обижайтесь, но это очень важно. Дело в том, что… — Он взмахнул рукой. — Не знаю, как сказать. Это касается Гриши. Мне кажется, что он в вас влюблён.
— Он… что? — От изумления Рита остановилась как вкопанная.
— Влюблён в вас, — мягко, но настойчиво повторил Василий Константинович. — Я заметил, что он постоянно смотрит в сторону вашего дома, прислушивается к голосам, не может дождаться, когда наступит вечер.
Ведь Гриша заглядывает к вам по вечерам, правда?
— Правда, — согласилась Рита. — Но почему вы решили, что он влюблён в меня? У меня сейчас живёт подруга Мила.
Василий Константинович усмехнулся:
— Я видел вашу Милу, по сравнению с вами она, откровенно говоря, совсем не интересная.
— Вы считаете, что некрасивую девушку нельзя полюбить? — возмутилась Рита.
— Нет! Что вы! — произнёс он испуганно. — Я сказал глупость. Простите, Рита.
Пойду спать.
Он пошёл назад к своему дому, шаркая подошвами по сухому песку. В кустах вскрикнула и замолкла какая-то птица, ей в ответ раздалось короткое ворчание Огурца.
С неприятным чувством Рита подумала, что если отец заметил Гришино увлечение, то мать уж точно в курсе ситуации и наверняка тоже думает, что он влюблён в неё, а не в Милу. Час от часу не легче. Волшебство ночи рассыпалось, подобно разорванным бусам."
"От озёрной сырости ей стало холодно и захотелось крепкого и сладкого чаю.
Перед сном Рома с Галей вскипятили самовар. Скорым шагом она пошла к дому, где за окном светил огонёк настольной лампы.
Со спутанными от сна волосами, в ночной пижамке, посреди комнаты стояла Галя и сонно моргала.
— Галюша, что случилось, почему ты не спишь?
Прежде чем обнять дочку, Рита накинула на плечи полотенце. Холодные руки были ещё влажными после купания.
Галя сонно моргнула.
— Мне приснился сон. — Она говорила медленно, словно припоминая события прошлого.
— Что-нибудь плохое? — Рита переместилась к стулу и посадила Галю к себе на колени.
Та положила голову ей на плечо и тяжко вздохнула.
— Приснился ручей.
— Ручей?
— Ну да, такой, знаешь, обыкновенный. Только он тёк не как речка, а бил вверх. Помнишь, когда у нас в ванне душ сломался?
— Ещё бы не помнить! Наш Рома тогда так вымок, что даже простудился.
— Вот и мне снился такой же ручей, как душ. И ещё там была груда камней, похожих на те, что лежали у нашего колодца.
