«Время детское, — подумала Ника и сделала поправку: — Но не в этом городке и не в этом столетии».
Ветряную мельницу27 она увидела сразу. На фоне ночного неба та выглядела невероятно огромной. Задрав голову, Ника несколько минут смотрела на её крылья, смотровую площадку на подпорках, опоясывающую нижнюю часть конструкции.
Насколько Ника знала, мельницы в Голландии использовали не только для помола зерна, но и для измельчения специй, мела, гипса, глины, производства краски, для распила дерева, откачивания воды в каналы, чтобы избежать наводнения.
Когда-нибудь Ника обязательно придёт сюда днём, чтобы нарисовать это рукотворное чудо, а теперь она свернула в переулок, в конце которого в тупике находилась нужная ей таверна.
Узенькая грязная улочка оказалась нежилой и пустынной. По обе её стороны сплошной стеной высились склады с широкими запертыми воротами. Лунный свет сюда не проникал."
"Где-то впереди раздался громкий смех.
Ника услышала позади себя цокот конских копыт и поспешно посторонилась. Чуть не упала, поскользнувшись на чём-то мягком, мерзко чавкнувшим под ногой.
От неё в стороны разбежались не менее пяти крыс.
Ника зажала пальцами ноздри и задержала дыхание, всматриваясь в чёрную склизкую массу на брусчатке. Лучше бы не смотрела. Рядом слышалась возня крыс. Кажется, туфли придётся выбросить.
Всадник проехал настолько близко от неё, что она услышала его сбитое дыхание и резкий запах конского пота. Показались знакомыми и чёрный конь и во всём чёрном его наездник.
«Якубус?» — ёкнуло сердце.
Так рано и верхом?
То, что мужчина приехал на коне, спутало все карты. Ну почему она не подумала об этом?
«Балда!», — Ника прикусила губу, чтобы не взвыть от досады. Придётся вносить в план корректировку. Какую?
Можно вернуться к дому Ван дер Меера, притаиться у двери и подождать Якубуса там. Только не сможет она осуществить задуманное в другом месте. Ей нужны и эта таверна, и безлюдная улочка, и канал с нагромождёнными вдоль него штабелями ящиков и бочек.
Ей нужен водоём.
Глава 20
Из больших окон таверны струился свет множества свечей. Слышались надрывные звуки скрипки, гул голосов и нестройное пение.
«Войти или не войти?» — колебалась Ника, рассматривая четырёх осёдланных лошадей у коновязи. Конь Якубуса отличался не только размерами и богатой сбруей, но и вёл себя неспокойно — мотал головой, на сородичей посматривал свысока. Находиться у таверны ему не нравилось.
Нике тоже не пришлась по вкусу вонючая смесь навоза и мочи.
