Ника пошла за Якобом по забитой до отказа таверне с её завсегдатаями — беспечными, пьяными, опустившимися выходцами из низших слоёв общества. И среди этого отребья — потомственный дворянин Якубус ван Вербум, глава и продолжатель рода, любимец и надежда матери. Жажда лёгкой наживы сделала его беспринципным, поставив на одну ступеньку с теми, среди которых он сейчас находился и чувствовал себя своим. Он такой же, как они, такой же опустившийся и погрязший в пороках — ни гордости, ни чести, ни достоинства.
«Мразь», — скривилась Ника, следуя за ним ко второй половине помещения, отделённой хлипкой дощатой перегородкой, откуда неслись дикие крики и ругательства и куда пропускали не всех желающих.
«Петушиные бои», — догадалась Ника.
Остановив молоденькую, выбившуюся из сил подавальщицу с пустыми кувшинами, она спросила:
— Где второй выход? — что он есть, не сомневалась.
Рыжая конопатая девчонка попыталась заглянуть в лицо незнакомки, но не вышло. Чуть подумав, она всё же указала на раскрытую дверь и неохотно ответила:"
"— Иди через кухню, — куда сама и направилась.
Задыхаясь в табачном дыму, Ника отступила под лестницу. Отсюда обзор казался лучше, да и меньше толкали. В поле её зрения осталась входная дверь, в которую невероятно хотелось выбежать, и вход в половину, где проводились петушиные бои.
Ника не должна пропустить момент, когда Якубус соберётся уйти.
* * *Ника устала стоять в напряжённом ожидании. Переминалась с ноги на ногу — они затекли и замёрзли. Неудобные туфли лишь усиливали боль в мышцах.
От шума и вони раскалывалась голова.
Из-за перегородки по-прежнему слышались крики и брань. Кажется, обстановка накалялась.
Невозможность видеть Якубуса и наблюдать за тем, что происходит в «слепой» зоне, будоражила нервы.
Войти на запретную для неё территорию Ника не могла. Она осталась без гроша и не на что будет сделать ставку. Без этого её не впустят. Также есть риск быть узнанной. А вот подойти к перегородке, в которой отыщется не одна удобная щель для подглядывания за участниками боёв, ей никто не помешает.
Ника прокралась в угол к стыку стены и перегородки. Воровато оглядевшись, пошла вдоль неё. Найдя подходящую щель, осторожно приникла к ней.
Обзор оказался никудышным. Широкая спина сидевшего за столом мужчины заслоняла не только бьющихся петухов, но и большинство участников, сделавших ставки и расположившихся у арены — площадки, огороженной по кругу низким плетёным заборчиком.
Как ни старалась Ника, а Якубуса так и не увидела.
