Приметила и узкий причал для лодок, и крутую лесенку на внутренней стороне канала, по которой поднимаются на берег.
Запах солёной селёдки с душком вызвал очередной приступ удушья и тошноты. Шатаясь словно пьяная, имитируя рвоту, Ника уходила вглубь узкого прохода. Шла к обрывистому берегу канала, на ходу расстёгивая накидку.
Якубус шёл по пятам. Зорко присматриваясь к сестре, ловил её, не дававшуюся ему в руки. Морщился:
— Руз, погоди… успокойся. Идём, я отведу тебя домой.
— Всё из-за тебя, — не оборачиваясь, сказала Ника со злостью.
Отступала к воде. — Ты заставил меня пойти к нему. Ты заставил опоить его. Ты убийца, ты! Не я, а ты!
В зеркальной глади канала отразился слабый свет показавшейся из-за тучи луны. Из горы ящиков, дробно хлопая крыльями, пулей вылетела небольшая спугнутая птица.
Ника машинально втянула голову в плечи, сгорбилась.
Якубус поправил дагу на поясе, огладил на груди кафтан. В глазах тлеющей искрой промелькнула радость."
"— Если всё случилось так, как ты говоришь, то… — он хищно осклабился.
В темноте сверкнули белые зубы. — Идём, посмотрим. Надо убедиться, что ты не оставила следов. Быстрее, Руз, — шагнул к ней, стоявшей на краю канала, и схватил за руку. — Ты же вышла через заднюю дверь?
Используя эффект неожиданности, Ника сбросила с себя накидку и обеими руками уцепилась за ремень мужчины, повисла на нём, опрокидывая Якубуса в воду весом своего тела.
Громкий всплеск слился с захлебнувшимся мужским вскриком.
Вода обожгла Нику мокрым ледяным огнём.
Дыхание спёрло; ёкнуло сердце, зашлось в лихорадочном биении. Руз не умела плавать.
Ника предусмотрела такой поворот. Научиться плавать несложно. Главное — не запаниковать, не бояться утонуть, расслабиться и позволить воде вытолкнуть тебя на поверхность. Следует выровнять дыхание, сосредоточиться на движениях.
Ника в водной стихии чувствовала себя как дома. Быстрая и вёрткая как рыбка.
Перед падением она не издала ни звука, набрала полные лёгкие воздуха, приготовилась к борьбе.
Упав в воду, отпустила ремень и вырвала руку из крепкого захвата Якубуса. Пальцы намертво сжались на его горле. Наседала на него, топила хорошо умевшего плавать мужчину.
Он отбивался яростно, грубо.
Ника тянула его вниз, не давала всплыть: сдохни, гадёныш!
Вершила правосудие собственными руками.
Ему удалось оторвать её пальцы от своего горла.
Она обвила его талию ногами, блокировала движение его рук, тянувшихся к даге.
