А если бы рассказала ему, то он, возможно, вмешался бы. Именно поэтому она решила сделать все сама.
Они поднимались по ступенькам, следуя за графом и его матерью, а Эмили и леди София шли следом. У Мадди подгибались колени. Она как никогда была благодарна Нейтану за поддержку. Они вошли в распахнутые двери и оказались в величественном вестибюле, освещенном сиянием множества свечей в хрустальной люстре.
В огромном помещении, наполненном гулом голосов, толпились гости. Мужчины в черных фраках сопровождали дам в сверкающих драгоценностях и восхитительных нарядах.
Мадди окинула взглядом широкую лестницу, ведущую наверх, в приемные залы. Перила из кованого железа украшали гирлянды из золотистой ленты. Сколько раз ее мать спускалась по этой лестнице? Жалела ли мама, что променяла этот роскошный дом на жизнь со странствующими актерами? Однажды она назвала этот дом «золотой клеткой».
То, что Мадди стояла сейчас здесь, казалось ей нереальным. Она много лет мечтала об этом. И вот ее мечта осуществилась. Она с трудом сдерживала нервное возбуждение.
Мадди прильнула к руке Нейтана, когда они присоединились к медленно двигавшейся цепочке гостей. Она пыталась разглядеть что-нибудь впереди, но из-за большого скопления людей ничего не могла увидеть. Прямо перед ней стоял граф Гилмор со старой графиней, одетой в зеленый атлас. Она, как всегда, опиралась на трость. Нейтан повернулся к Эмили и леди Софие. Они что-то сказали ему, и он рассмеялся. Но Мадди не понимала, о чем они говорили, – она словно находилась под звуконепроницаемым колпаком.
Ее руки в лайковых перчатках ужасно вспотели.
Наконец они оказались в начале цепочки. Граф Гилмор и старая графиня здоровались с лордом Данемом. Рядом с ним стоял лорд Тео с аккуратно зачесанными назад рыжими волосами. В очках с золотой оправой он был похож на школьника.
«По крайней мере, сегодня Эмили будет счастлива».
Не успела Мадди об этом подумать, как настал ее черед здороваться с хозяевами. Нейтан холодно поприветствовал мужчин. На лице Данема Мадди не заметила никаких следов драки с Нейтаном.
Когда она обменивалась рукопожатиями с кузенами, они что-то сказали ей, но значения их слов не отпечатались в ее мозгу. Ее внимание уже было обращено на старика рядом с ними.
Герцог Хутон!
Ошеломленная, Мадди увидела, что ее дед сгорбившись сидит в инвалидном кресле. Сутулый, с тонзурой тонких седых волос на лысой макушке. Темный костюм, казалось, висел на его истощенном теле с ввалившейся грудью под белым жилетом.
