У нее подкашивались колени и плавились кости. Она прижалась к нему и мгновенно оказалась в таких крепких объятиях, что в потаенных уголках ее тела начали пробуждаться к жизни первые ростки страсти. Когда он оторвался от ее губ, Кассандра едва подавила желание выразить недовольство.
– Нам лучше начать переговоры, – хрипло проговорил Том. – Сколько времени ты хочешь проводить в моем обществе?
– Каждую минуту, – сказала Кассандра и снова потянулась к его губам.
Том улыбнулся.
– Я тоже. Я… о, ты такая сладкая… нет, я… боже.
Но придется… надо остановиться, – он прижался губами к ее волосам, чтобы избежать поцелуев, – а то я лишу тебя девственности прямо здесь, в библиотеке.
– Разве этого еще не произошло? – удивилась Кассандра.
– Нет, – прошептал он, улыбнувшись, – ты все еще девственница, хотя и более опытная, чем два дня назад. Тебе понравилось?
Она кивнула, краска бросилась ей в лицо – казалось, будто щеки пульсируют, – и призналась:
– Да, но мне хотелось большего.
– Я бы с радостью исполнил твое желание, если бы не договор, – Том, тяжело вздохнув, выпустил ее из объятий, усадил за стол, но вместо того, чтобы занять место напротив, уселся рядом и взял механический карандаш.
– Я буду записывать пункты, по которым мы придем к соглашению, а ты потом напишешь окончательный вариант чернилами.
Кассандра увидела, как он сделал несколько пометок на странице какими-то значками мелким аккуратным почерком, и заметила:
– Какая интересная форма записи.
– Это черновой шрифт. Ему учат инженеров и чертежников, чтобы было легче читать технические планы и спецификации.
– А как ты попал на инженерные курсы?
– Послал мой работодатель в железнодорожной компании, мистер Чемберс Пакстон.
– Очень любезно с его стороны.
– Его мотивы не были бескорыстными, – сухо заметил Том. – Я применял свои инженерные навыки для проектирования и создания двигателей для его компании. Этот человек изменил всю мою жизнь.
– Когда ты с ним познакомился?
– Мне тогда исполнилось двенадцать, и я работал продавцом в поездах.
Каждую неделю мистер Пакстон ездил на экспрессе, который отправлялся из Лондона в Манчестер в восемь двадцать пять утра. Он нанял меня на работу и взял жить к себе. В его семье было пять дочерей и ни одного сына.
Кассандра внимательно слушала, чувствуя, что за простыми словами таится много важных деталей.
– Как долго ты прожил в его семье?
– Семь лет.
– Должно быть, мистер Пакстон заменил тебе отца.
Том кивнул, изучая механизм металлического карандаша.
