Я сам на второй ярус поднялся впервые за последние шесть лет только вчера.
Удивлённо вскидываю голову, ловлю его тяжёлый взгляд. Не врёт.
— Да и не жил там столько же. Не говоря уже о гостях. Не знаю, почему на Новый год повёз тебя именно туда, так как в центре есть другая квартира. Считай это судьбоносным провидением.
— Я не верю в такое, — качаю головой, отодвигая пустую тарелку. Сама не заметила, как съела всё. И удивительно, что тошнота меня не накрыла. Ещё пока. — Так почему ты не жил там?
Валиев не сразу отвечает.
Долго смотрит на меня, вертит вилкой. Но всё же с шумным выдохом откровенничает:
— Я был женат. Встречались долго, жили вместе. Семь лет назад поженились. Просто расписались, без торжества и прочей мишуры. Её отец и семья не одобряли меня. Да и моя семья приняла Машу в штыки. Но нам казалось, мы все преодолеем. Первое время так и было. Мои родственники смирились, приняли нашу семью… Она забеременела, и у неё начался период гнездования. Жена долго искала квартиру, соответствующую её требованиям.
Чтобы в спокойном элитном районе, рядом с садиком, парком и прочими благами цивилизации. И ремонт сама вела. Контролировала каждый этап. Дизайном комнат занималась. Детская, наша спальня, ванные комнаты. Полностью переделала весь второй ярус. Первый этаж оставила почти нетронутым. Только ещё одну спальню сделала для гостей. Всё надеялась, что её родители после рождения ребенка оттают, они помирятся, и мама будет оставаться с нами, чтобы ей помогать. Не дождалась.
— Поэтому вы развелись?
— Маша умерла.
Воздухом давлюсь, изумлённо таращась на Валиева. Мужчина замолкает, тянется к пачке, но, покрутив в пальцах, оставляет в стороне. Не знаю, что именно мной в данный момент движет. Но я встаю и, обойдя стол, подхожу к нему. Взбираюсь на колени, Валиев стискивает меня, утыкается в шею и глубоко вдыхает мой запах.
— Можешь не рассказывать, — бормочу, хотя меня жуть как снедает любопытство. Как? И где ребенок? Из-за чего умерла? Любит ли он её до сих пор?
— Нет, ты должна знать, прежде чем согласишься выйти за меня, — хмыкает Саид.
Прикусываю язык. Это просто шутка юмора. К слову пришлось. Меж тем мужчина продолжает:
— Я работал на отца в те годы. Семейный бизнес, все дела. И он отправил меня со старшим братом за грузом. На таможне в другой стране задерживали, и нужно было самим разбираться. Беременность протекала сложно. Маша мучилась токсикозом, постоянно плакала и требовала внимания.
