И принимать это чертово предложение тоже нельзя. Я не хочу ему принадлежать. Никому не хочу. Лучше быть одной… Нет, не лучше. Безопаснее.
— Тебе пора, Валиев, — чеканю строго.
— Ты малость охренела, куколка? — выгибает бровь Саид. — Или живёшь по принципу: трахнула — выгнала?
— Кто ещё кого? — вспыхиваю, сжимая кулаки.
Утренняя тошнота бьёт в нос, и поругаться не успеваю. Разворачиваюсь и убегаю в туалет. Уже неделю такое, выворачивает желчью. А после завтрака ещё раз — уже съеденным. Я даже у Ники спросила, было ли у неё такое.
Только она не помнит свой первый триместр. Авария, кома, больница. Повезло, в общем. Сарказм!
Вздрагиваю от тёплых прикосновений к спине. Валиев волосы собирает назад. Нависает и бесит.
— Ты не мог бы выйти.
— Ты же ничего не поела, с чего тебя тошнит? — спрашивает, игнорируя просьбу.
— Может, от тебя, — хмыкаю, склоняясь ниже над унитазом.
— После завтрака к врачу поедем, — ставит перед фактом, поглаживая поясницу и придерживая волосы.
— Вот и езжай, у меня другие планы.
— Какие? — напрягается мужская ладонь.
Тошнота отступает, но я ещё стою, жду, вдруг нагрянет внезапно. И не признаюсь никому, что мне просто нравится прижиматься к мужскому торсу и чувствовать такую ненавязчивую заботу.
— Не отчитываюсь перед тобой, — огрызаюсь. И, вскрикнув, дёргаюсь. Этот гад шлёпнул меня по заднице! — Валиев, сука!
— Стерву выключай и базар фильтруй. Закончила? Вперёд умываться, завтракать, одеваться.
— Не слишком ли ты раскомандовался?
Мужчина не слушает, вытягивает меня из санузла и запихивает в ванную комнату.
Благо со мной не заходит. Громыхает дверью так, что на меня побелка сыпется, и уходит на кухню. Нет, ещё пара ударов и Никину квартиру придётся ремонтировать.
Взбираюсь под душ и долго моюсь. Матерю одного тирана бесячего. Не знаю, почему меня всё раздражает. Я сама себя не понимаю. Слишком долго стою под тяжелыми каплями воды. Думаю о прошлом. О мужчине. О его вчерашнем обыске. Что он искал — непонятно. Вопросы странные задавал.
— У тебя всё хорошо? — спрашивает Валиев, стукнув по двери.
— Мне уже и душ нельзя принять без твоего контроля⁈ — срываюсь на крик и перекрываю воду.
Удивительно, но Саид не отвечает. Не оставляет за собой последнее слово. Хотя вот сейчас я понимаю, что нет поводов для срыва. И очень глупо так себя вести.
Закрыв телеса полотенцем, иду в комнату. За сменной одеждой. Проходя мимо балкона, замечаю его там. Курит. Переодевшись, заплетаю влажные волосы в косу и плетусь на кухню.
