Есть только физиологические потребности и поиск новой половой принадлежности! Вот об этом, может быть, и стоит написать!
– О новой половой принадлежности? – уточнила Маня.
– О физиологии, которая взяла верх над всем остальным!.. Только для кого? Кто это станет читать?
– Я бы не стала, – согласилась Маня.
– Ты не стала бы потому, что живёшь прошлым. Тебя до сих пор интересуют пошлости, которым больше нет места на Земле! Любовь, дети, родители – этого всего больше нет! Осталось подлинное – физиология, физиология и физиология! Удовлетворение естественных надобностей! Оно ограничено только искусственными законами, а нравственных ограничений больше не существует.
Все совокупляются со всеми! На площадях и театральных подмостках! Если собака кусается, её кастрируют. Если человеческая особь проявляет интерес к противоположному полу, её тоже следует кастрировать! Всё очень просто, гораздо проще, чем мы думали раньше! Чехов безнадёжно устарел и сдан в архив навсегда.
– Мне кажется, вам нужно ещё выпить водки, Алекс, душа моя, – не моргнув глазом предложила Анна Иосифовна.
– Маня, а где твоя трость? Помнишь, ты приходила в издательство с такой очаровательной тросточкой? Она бы сейчас тебе очень пригодилась.
– Зачем тебе трость, Маня? – тут же спросил Алекс. – Отбиваться от поклонников? Или ты собралась за грибами, да? Ты же в деревне живёшь, а там все ходят за грибами! И за дровами! Ты ходишь в лес за дровами, Маня? С тростью?…
И он засмеялся.
– Трость дома, Анна Иосифовна, – сказала Маня.
– Алекс, по-моему, ты напился. Тебе нужно лечь.
– Манечка, если ты хочешь, я с удовольствием провожу тебя в постель! Устроим поминки по уходящему от нас миру иллюзий.
Возле стола непонятным образом материализовался водитель Гена, совершенно невозмутимый и доброжелательный.
– Маня, я попросила Гену довезти тебя до… как ты это называешь, я забыла?… А! До первого поста. – Анна Иосифовна передала Гене пакет, принесённый официантом. – Тебе упаковали горячее и пирожное. Надеюсь, пирожное вы положили отдельно от горячего?
Официант неистово закивал.
– Вот и прекрасно. Я провожу тебя до машины, Маня. С вашего разрешения, Алекс.
Она поднялась, Гена подставил Мане локоть.
– Анна Иосифовна, – забормотала Маня, – его нельзя в таком виде оставлять, он наделает дел!.. Я знаю, я несколько раз видела, как он напивается, и он в этом виде не слишком хорош…
– Маня, отправляйся к себе. – Анна Иосифовна была совершенно безмятежна. – Я прекрасно справлюсь.
