Но потом… потом Феоктиста какие-то секунды топталась у двери, заговаривая Лиде зубы болтовней о все еще не вернувшемся Степане… И вот ключ пропал! Неужели его стащила Феоктиста? А Лида-то по глупости и наивности решила, что горничная переменила свое с ней обращение! Нет, получается, что Феоктиста по-прежнему оставалась верной исполнительницей приказов своей госпожи, а уж Авдотья Валерьяновна, даром что вроде бы напилась до чертиков, вовсе не помрачилась от этого умом, а сохранила ясность рассудка и изощренность своей коварной души – благодаря, конечно, привычке к возлияниям, которые любого, более слабого человека, свалили бы с ног неминуемо!
Внезапно до Лиды долетел какой-то шум, и все ее напрягшееся тело так и задрожало.
Что это?.. Неужели стукнула внизу дверь? Неужели кто-то неторопливо, стараясь ступать как можно тише, поднимается по скрипучим, пляшущим ступенькам? И Лида знает, кто это…
Модест Филимонович отправился осуществлять свой и своей «тантиньки» гнусный замысел!
Боже мой, боже мой, что же делать?!
Спрятаться в комнате решительно негде.
В обширном гардеробе и под кроватью Лида будет обнаружена в две или три минуты. Поднять крик, когда на пороге появится Модест Филимонович? Но ведь позору, позору-то всяко не оберешься: в комнате молодой девушки ночью появился мужчина! Можно вообразить, какую окраску придаст этому пассажу Авдотья Валерьяновна… Начнет снова вопить о разврате, о полюбовниках… Конечно, дядюшка поверит, что Лида тут совершенно ни при чем, не зря же он предупреждал ее о том, что от Модеста можно ждать чего угодно, но даже у него возникнет вопрос: что же ты, душа моя, не заперла дверь своей комнаты? Ведь была предупреждена – отчего не вняла предупреждению?.
. Лида может сколько угодно твердить о том, что ключ стащила Феоктиста, да кто поверит, если на защиту своей горничной встанет ее госпожа? К тому же вполне возможно, что ключ вовсе не украден, а припрятан где-нибудь здесь же, чтобы быть предъявленным в том случае, если Лида начнет кого-то обвинять в его краже.
Господи, какой шум, какой шумище поднимется, и дворня, конечно, разнесет слухи по всей округе, и спастись от позора можно будет только одним способом: выйти замуж за «хлопотуна беспутного».
