Тут еще телефон не ловит…
Мы зашли в кафе, в котором в этот час никого не было. На входе звякнул колокольчик. Спустя минуту к прилавку подошел заспанный парень. Он разогрел нам два гамбургера и протянул две газировки в жестяных банках. Мы с Пашей сели за столик у окна. Накинулись на еду, словно не ели несколько суток.
– Прямо из книги о вкусной и здоровой пище, – смеясь, проговорила я.
– Сто лет не ел бургеры, – ответил Пашка с полным ртом.
– Шацкая бы этого не одобрила, – подмигнула я. Затем показала большой палец и опустила его вниз.
– Отстой, Павлуша!
– Да уж, – улыбнулся Долгих, – в последний раз, когда мы с Улей встречались…
– …Грызли сельдерей?
– Нет. В одном очень даже симпатичном кафе ели вегетарианскую «селедку» под шубой.
– Селедку? – удивилась я.
– Только вместо рыбы там была морская капуста, – уточнил Пашка.
– Бе! – засмеялась я. – Ты жевал водоросли?
Пашка молча потянулся за газировкой. Протянул вторую мне.
– Сладкие напитки из холодильника в жестяных банках, – проговорила я, прислонив к щеке ледяную газировку.
– Как на пляже… Скоро будем дома.
– На счет «три»? – спросил Пашка, готовясь дернуть колечко на банке.
– Раз…
– Два! Три!
«Пш-ш-ш» – зашипел газированный напиток. Мы чокнулись.
– Чин-чин! – проговорила я. – За предстоящие каникулы дома. Помнишь, как после школьного выпускного мы все пошли ночью на море, а потом я утащила твою одежду?
– После этого я тебе особо не доверяю, Ковалева, – сообщил Пашка."
"– Да ладно! – захохотала я. – Ведь тебя же кто-то из наших сфотографировал.
Когда ты из воды долго не вылезал. У тебя там глаза от вспышки горят, как у енота.
Пашка, склонив голову, негромко рассмеялся. Я жевала бургеры и время от времени посматривала на Долгих. Свет от голубой неоновой вывески падал на лицо друга, оставляя на щеках тень от длинных ресниц. Я невольно залюбовалась Пашей, а потом поспешно отвела взгляд.
Долгих, сидя напротив, тоже молча с улыбкой наблюдал за тем, как я ем.
– Ты смешно жуешь, – сказал наконец друг, – щечки, как у Спанч Боба.
– Да иди ты! – смертельно оскорбилась я.
Когда мы выходили из придорожного кафе, я придержала дверь, пропуская Долгих вместе с моей переноской. Поравнявшись, Пашка внезапно поцеловал меня в висок.
– Ты чего? – удивилась я точно так же, как несколько часов назад удивился Паша…
Долгих несколько секунд молчал, глядя мне в глаза, а затем сказал:
– Спасибо, что придержала дверь.
– Не за что, – негромко проговорила я.
