Быстрая ходьба по парку, плавание. Это тренирует сердце и улучшает кровоток во всем теле, включая… нужные области.
Князь слушал, и на его лице смущение постепенно сменялось глубокой задумчивостью.
— И, наконец, в-четвертых, — я понизил голос до шепота, — если вам нужно быстрое и надежное решение «на вечер». Существует препарат второго поколения — тадалафил. Он действует мягче, дольше — до тридцати шести часов, — и не так сильно зависит от приема пищи и алкоголя. Гораздо более элегантное и современное решение.
Плюс, есть аминокислота L-аргинин, которая является донатором оксида азота и естественным образом улучшает эластичность сосудов. Принимайте ее курсом, и через месяц-другой вы, возможно, и забудете о таблетках.
Я закончил. Князь смотрел на меня с благоговением.
— Господин лекарь… — пробормотал он. — Я… я даже не знал, что…
— Вы — сложный механизм, князь, — заключил я. — И лечить его нужно системно, а не просто бить молотком по одной детали.
— Правда поможет? — В глазах князя, до этого полных смущения, загорелась робкая надежда.
— Поможет, — кивнул я. — Но есть одно важное «но». Перед началом приема обязательно проверьте сердце. Полное обследование — ЭКГ, эхокардиография, нагрузочные пробы. Препарат категорически противопоказан при стенокардии, недавнем инфаркте миокарда, тяжелой аритмии. Он расширяет сосуды, и если у вас есть проблемы с сердцем, это может спровоцировать сердечный приступ.
Одно дело — дать совет. Другое — стать причиной смерти князя от инфаркта во время бурной ночи.
— Спасибо! Огромное спасибо! — Князь схватил мою руку и горячо пожал ее обеими руками. — Вы меня спасли! То есть… вы поняли!
Он быстро удалился, на ходу доставая телефон — видимо, уже искал в интернете, где купить заветные таблетки.
Вероника, закончив свой разговор с княгиней, вернулась ко мне, взяла под руку.
— Что он хотел? Выглядел таким взволнованным.
— Медицинская тайна, — улыбнулся я.
— Илья! — она игриво надула губы. — Я же тоже лекарь! Фельдшер высшей категории, между прочим!
— Именно поэтому ты, как никто другой, должна понимать, что врачебная тайна неприкосновенна.
Она вздохнула.
— Ладно, молчу. Но все равно странно, что такой влиятельный человек обратился именно к тебе. У него же наверняка есть личные лекари, магистры какие-нибудь.
— Ничего странного. Все как раз очень логично, — я взял с подноса проходящего официанта бокал шампанского и протянул ей. — Я из Мурома. Не из их круга.
