— Дядя… дядя Леопольд здесь⁈ Но он же… он же не предупреждал! Он всегда звонит!
— Вот именно! — Шаповалов с силой ударил ладонью по столу, отчего подпрыгнули чашки. — Внезапная проверка! Приехали всю нашу подноготную наружу выворачивать!
Все взгляды, как по команде, обратились к Крылову. Тот вжал голову в плечи и поднял руки в защитном жесте, словно отбиваясь от невидимых ударов.
— Клянусь, я не при делах! Ничего не знал! Мне самому теперь хреново будет — я же вас прикрывал все это время!
— Смотри-ка, крыса запаниковала, — ехидно прокомментировал у меня в голове Фырк.
— Но, кажется, правду говорит. Я чувствую — у него пульс под двести, а в ауре такой коктейль из страха и отчаяния, что хоть на хлеб мажь.
Я внимательно посмотрел на Крылова, оценивая его как пациента, а не как врага.
Да, это не игра. Зрачки расширены, руки мелко дрожат, на лбу выступила испарина. Классические признаки острой стрессовой реакции. Он не притворяется. Он боится за свою шкуру не меньше нашего.
А может, и больше."
"— Он говорит правду, — сказал я Шаповалову.
Мой голос прозвучал спокойно, и это спокойствие было как ушат холодной воды в раскаленной атмосфере ординаторской. — Он действительно не знал. Они использовали его втемную, а теперь приехали проверить, почему их шпион не доносит о том, о чем должен.
— Зачем магистрам такого уровня посещать провинциальную больницу? — удивился Славик, озвучивая вопрос, который, кажется, висел в воздухе. — Да еще всем составом?
Шаповалов устало отмахнулся.
— Вообще-то это нормальная практика.
Ежегодная инспекция. Муром — их подведомственная территория. На моей памяти Магистр Журавлев только пару раз пропускал. В прошлом году его не было — улетал на конференцию в Вену. А в этом явился. Только обычно они приезжают ближе к зиме, когда все отчеты готовы, а тут…
Я слушал Шаповалова, но слова его были лишь фоном.
В моей голове с бешеной скоростью вращались шестеренки, выстраивая цепочку событий.
Так. Что мы имеем?
Первое: я успешно провожу несколько сложнейших, резонансных операций.
Спасаю племянницу Магистра Воронцова, лечу барона фон Штальберга. Это факт. Они об этом знали точно.
Второе: Владимирская верхушка, в лице того же Воронцова, уже пыталась меня «предупредить», намекая, чтобы я не лез не в свое дело. Значит, я уже тогда стал для них проблемой. Это тоже факт.
Третье: происходит инцидент с Мкртчяном, который я решаю своими, весьма нестандартными методами. Информация об этом, тоже моментально улетает «наверх».
