— А Центральная Владимирская — элитное медицинское учреждение с вековой историей! И она принадлежит только МНЕ!
— Чушь! — Фырк вылез на мое плечо, распушив хвост до размеров елочного помпона. — Нет такого закона! Согласно Уставу Духов-Хранителей от тысяча семьсот девяносто второго года, статья пятнадцать, пункт три — фамильяры имеют право свободного перемещения между медицинскими учреждениями для оказания помощи пациентам! Я могу быть фамильяром какой угодно больницы! Хоть четырех одновременно!
— Устав общий! — Шипа встала, ее шерсть снова встала дыбом.
— А Центральная Владимирская закреплена за мной личным указом Совета Фамильяров! Особый статус!
Я слушал их перепалку, и у меня волосы на голове шевелились.
Совет Фамильяров? Устав Духов-Хранителей? Особый статус? Они тут, оказывается, не просто так существуют. У них своя иерархия, свои законы, своя бюрократия, похлеще, чем в Гильдии Целителей.
И я умудрился влезть прямо в эпицентр их территориального спора. Я поднял руку, призывая к тишине.
"
"— Подождите. Давайте разберемся спокойно. Фырк, это правда? Ты действительно можешь быть фамильяром нескольких больниц?
— Конечно! — Фырк гордо выпятил грудь. — Это базовое право любого духа-хранителя! Наша задача — помогать лечить, где бы ни потребовалась помощь!
— Это уже не важно! — Шипа сделала шаг вперед. — Формально он может иметь право, но я не позволю! Не дам чужакам шастать по МОЕЙ территории!
— То есть ты сознательно препятствуешь ему выполнять его функции? — я прищурился, изучая кошку.
Что-то в ее поведении было странным. Не просто территориальная агрессия. В ее глазах, за всей этой яростью, пряталось что-то еще.
Страх? Боль? Она ведет себя не как хозяйка, а как загнанный в угол зверь, который боится, что у него отнимут последнее.
— Больница только моя! — Шипа повторила как мантру. — Мне не нужны чужаки на моей территории! Особенно всякие грызуны!
— Я БУРУНДУК! — взвизгнул Фырк. — Сколько можно повторять! Научись различать виды!
— Мне плевать! — Шипа зашипела.
— Крыса, мышь, бурундук — все одно! Мелкие паразиты! Проваливай отсюда, пока я тебя не сожрала.
Я почувствовал, как во мне поднимается раздражение. Времени в обрез, пациент умирает, а эти двое устроили выяснение отношений как малые дети в песочнице.
Хватит, С меня достаточно этих магических разборок! Я сконцентрировал «Искру» в кулаке — немного, остатки после магического истощения. Поднял руку вверх и высвободил энергию в виде мягкой вспышки света.
