У нас единая база, могу посмотреть с любого компьютера. Но как вы собираетесь…
В этот момент где-то вдалеке, этажом выше, раздался крик. Не человеческий — тонкий, писклявый, полный первобытного ужаса.
ДВУНОГИЙ! СПАСИ МЕНЯ! УБИВАЮТ! А-А-А-А!
Я вздрогнул. Это был мысленный голос Фырка, но таким тоном он никогда не кричал.
— Фырк, что за шутки, — сказал я мысленно, надеясь, что это очередная его выходка.
— НЕ ШУТКА! ПОМОГИ! ОНИ МЕНЯ ВИДЯТ! ОНИ МЕНЯ УБИВАЮТ!
И тут я увидел его.На миг стена стала прозрачной…
Фырк несся по коридору как ракета.
Вернее, даже не несся — летел, совершая невероятные прыжки и отталкиваясь от стен. Шерсть стояла дыбом, превратив его в пушистый шар. Глаза были круглыми от ужаса, размером с пятирублевые монеты.
Хвост торчал трубой."
"Он влетел в палату, просто пройдя сквозь нее, как привидение. И с разбегу прыгнул мне на плечо, вцепившись всеми четырьмя лапками. Он дрожал, как осиновый лист.
«СПАСИ! ОНО МЕНЯ СОЖРЕТ!»
Я почувствовал, как он дрожит.
— Кто тебя убивает? — мысленно спросил я, пытаясь успокоить его.
Глава 12
Я проследил за взглядом Фырка.
Сначала появилось свечение. Холодное, синеватое. Оно просочилось сквозь стену, как туман через щели, и начало сгущаться посреди палаты.
Материализация заняла секунды три, но они тянулись как вечность. Сначала контур — огромный, кошачий. Потом детали — мощные лапы, длинный хвост, выгнутая спина. И наконец — глаза. Горящие яростью, размером с грецкий орех каждый.
Шипа. Фамильяр Центральной Владимирской больницы.
Я встречался с ней один раз, во время первого визита во Владимир месяц назад. Тогда она наблюдала издалека, не вмешиваясь, оценивая.
Сейчас же она была настроена откровенно враждебно.
Спина выгнута дугой, призрачная шерсть — дымчато-синяя с темными полосами — стояла дыбом, из горла вырывалось низкое угрожающее рычание.
Размером она была гораздо больше Фырка.
— Черт, только этого не хватало для полного счастья, — мысленно выругался я. — Разборки фамильяров. В разгар диагностических мероприятий.
Идеальное время.
Пестрякова, Вероника и барон смотрели на меня с недоумением. Они не видели Шипу — для обычных людей фамильяры невидимы. Зато видели мою реакцию — напряженную позу, взгляд, направленный в пустоту.
— Мне срочно нужно отойти, — быстро сказал я.
— Илья, что происходит? — Вероника шагнула ко мне, но я поднял руку, останавливая ее.
— Позже объясню. Дайте мне пару минут. Пожалуйста.
Не дожидаясь ответа, я выскочил за дверь.
