На кровать Алиса смотреть на могла. Отвернулась.
— Пойдем отсюда! — поморщилась свекровь и быстро прошла в гостиную. Подождала Алису, а затем плотно прикрыла за собой дверь. Уселась в кресло и не сводя взгляда с девушки, спросила:
— Ну как ты?
Вопрос прозвучал непривычно ласково, и Алиса поняла, что на нее сейчас не спустят всех собак. Чего только она не наслушалась о свекровях, так что Софью Андреевну Литвинову она побаивалась, хотя и видела ее до свадьбы всего раза три.
— Нормально, — сглотнув, попыталась улыбнуться Алиса.
Получилось жалко, за что девушка себя тут же отругала.
— Да чего уж нормально! — с возмущением фыркнула свекровь. — Мой сын совсем рехнулся, приволок эту шлюху в свою брачную ночь! Не мог не изгадить все! Гаденыш!
Такого Алиса не ожидала. Она опасалась, что свекровь начнет обвинять ее во всех грехах и выгораживать единственного сына. А тут такое! Да еще и Ольховскую шлюхой назвала. Это грело душу. Теперь на мать Германа Алиса смотрела совсем другими глазами. Но стыдно ей все равно было.
— Герман ответит за то, что обидел тебя, Алиса. Я обещаю, — негромко произнесла Софья Михайловна. — А теперь расскажи мне, что случилось? Когда вы пришли сюда после банкета, Яна уже была здесь?
Алиса молча кивнула и опустила голову. Но свекровь от нее не отставала, мягко, но настойчиво задавала вопросы. И Алиса рассказала все, как было. Только про шантаж Яны не призналась.
— Между тобой и моим сыном, значит, ничего… эм… не произошло, — кивнула свекровь и покачала головой.
Алисе в жизни не могла подумать, что такие темы можно обсуждать со свекровью, она и маме бы никогда в таком не призналась.
— И не произойдет, — тихо сказала Алиса. — Он меня не любит. И никогда не полюбит…
Слова раздирали душу, на которой и так живого места не осталось.
— Все еще изменится, не переживай. Понимаю, что…
— Ничего не изменится! — чуть громче сказала Алиса. Наконец, в ее жизни появился тот, кто, кажется, готов был ее выслушать. — Он любит Яну! Ее! Так почему он на ней не женился?!
Последнюю фразу Алиса почти покричала, захлебнувшись в собственных слезах.
И следующие несколько минут свекровь успокаивала плачущую девушку.
— Наша семья никогда не примет такую как эта Ольховская, — втолковывала она Алисе. — Ни я, ни тем более мой муж. Герман это прекрасно знает, отец лишит его всего. А вот ты… именно такой я и представляла себе свою будущую невестку. Ты станешь отличной женой моему сыну.
Это была лесть и ложь. Алиса это прекрасно понимала.
