Ветошь и ведра вы найдете в чулане. Колодец — на заднем дворе. Посуда есть на кухне. А всем остальным вам придется обзавестись самим.
Наверно, если бы я не боялась его напугать, я бы его расцеловала. Но пока я решила воздержаться от такого проявления чувств и просто поблагодарила его за такую доброту. А потом бегом бросилась к Каштановому бульвару, совершенно не думая о том, что такое поведение не подобает приличной барышне.
Глава 27Я налетела на него, когда уже выбегала на Каштановый бульвар. Конечно, вина была моя — он-то шел по самому бульвару, а я двигалась по узенькому переулку Ткачей.
Но когда я уткнулась в его плечо, то решила, что лучшая защита — нападение.
— Вы перегородили мне дорогу сударь! — возмутилась я, торопливо делая шаг назад.
Это снова был он — один из друзей герцога Марлоу, всегда хмурый господин, имени которого я до сих пор не знала. На сей раз он был не на лошади. И к моему удивлению, он почти изволил улыбнуться.
— Мадемуазель ведьма? Я полагал, что представительницы вашей профессии предпочитают перемещаться с помощью мётел.
— Это не слишком удачная шутка, сударь! — я почувствовала, что краснею, и от этого рассердилась еще больше. — Между прочим, из-за того, что я оказала помощь вашему другу, меня и мою служанку обвинили в магической практике без специального разрешения. Вот уж правду говорят — не делай добра, не получишь зла. Я не знаю, кто из вас — вы или он — оказались слишком болтливы, но…
— В магической практике? — его усмешка показалась мне пренебрежительной.
— Никогда не думал, что сушеная трава подорожника имеет хоть какое-то отношение к магии.
На мгновение я растерялась. Откуда он узнал про подорожник? Я была уверена, что аристократы не способны отличить одну траву от другой, тем более в сушеном виде.
— О, сударь, если вы знаете, что это был всего лишь подорожник, то, надеюсь, вы не откажетесь засвидетельствовать это в суде? — я посмотрела на него с такой надеждой, что он смутился.
Такой важный свидетель сможет убедить даже самого враждебно настроенного судью — если вдруг Торсен всё-таки решит обвинить нас в нарушении закона.
— Я не откажусь, мадемуазель, — после некоторого раздумья кивнул он, — но только в том случае, если в это время я еще не уеду из Гран-Лавье. Потому что, боюсь, мой приезд на судебное заседание из столицы обойдется вам слишком дорого. А до тех пор вы сможете найти меня в доме герцога Марлоу."
"— Благодарю вас, сударь! — важно сказала я. — А теперь позвольте узнать ваше имя.
