И мы поели омлет из свежих яиц.
— Спокойной ночи, мадемуазель! — сказала Рут, когда я отправилась в свою комнату. — И постарайтесь позабыть об этих господах. Будем надеяться, что они никогда сюда больше не приедут. А завтра мы с вами можем съездить на мельницу и в Шато-Тюренн и расплатиться с Ландо и Боке.
Я охотно с этим согласилась. Теперь, после ярмарки, мне казалось, что всё начинает налаживаться. Ох, как же я ошибалась!
Глава 22С утра мы отправились раздавать долги. Сначала заехали на мельницу и отдали месье Ландо пять серебряных монет.
Мне показалось, что он был приятно удивлен. И когда мы сказали, что через месяц мы приедем к нему за очередным мешком, он заверил нас, что будет рад.
А вот мясник встретил нас ворчанием. Он пожаловался на то, что за то время, что мадам Констанция не возвращала ему долг, цена на всё выросли, и он остался в убытке. Я прекрасно понимала, что такое инфляция, и мне показалось, что его претензии вполне обоснованны, а потому выслушала его молча. А вот Рут возразила:
— Да на что же выросли цены? Как стоило у тебя мясо по медяку за фунт, так и стоит.
И мука в той же цене. И сыр, и мёд, которые мы продавали на ярмарке.
Значит, инфляции в Терезии не было. Я посмотрела на месье Боке с укоризной, но он ничуть не смутился. Спросил только, будем ли мы что-то сегодня у него покупать. Мы сказали, что нет, и он сразу потерял к нам интерес.
Потом мы заехали к мадам Тафт. Кип наносил ей в дом воды из колодца, а Рут снабдила ее свежими яйцами, творогом, молоком и только-только испеченными пирогами с лесными ягодами.
А дома нас ждал сюрприз. Когда наш экипаж вывернул из-за поворота на дорогу, что вела к нашему двору, то мы увидели, как кто-то шмыгнул в кусты недалеко от ворот. Кип подумал, что это какой-то зверь.
— Да нет, не зверь, — заспорила с ним Рут, — человек.
— Может, медвежонок, — продолжал упорствовать брат.
Но когда остановился и спрыгнул с козел, чтобы открыть ворота, всё-таки дошел до кустов. Он раздвинул их, сделал шаг, другой, а потом заорал:
— Ах ты зверюга! Кусаться вздумала?
Я вскрикнула, испугавшись, что не него напал дикий зверь, но уже через пару секунд Киприан выволок из кустов ребенка.
Да-да, самого настоящего ребенка!"
"Это была девочка лет пяти или шести. Чумазая, со спутанными волосами, в грязном заплатанном платье. Она визжала и пыталась вырваться, но Кип крепко держал ее за руку. А уж что-что, а хватка у него была железная.
— Вы поглядите только, хозяйка, какое чудо-юдо я нашел! — хмыкнул он.
