Его противник попытался воспользоваться этим и поразить его окончательно, но шпага Кэррингтона не позволила ему этого сделать. Теперь граф был один против двоих, и оба его врага были отличными фехтовальщиками. А чуть поодаль стояли наготове еще пятеро людей со шпагами.
И когда я подумала, что возможности победить у нас уже нет, случилось то, что позднее я много раз прокручивала в своих мыслях. То, чему сначала я не нашла никакого объяснения.
Король Норман вдруг сделал два шага назад и, еще раз взмахнув руками, сорвался с обрыва и полетел вниз со страшным криком. Всё это случилось столь внезапно, что даже стоявший в паре метров от него лейтенант Чандлер не успел броситься к нему на выручку.
Сам крик вскоре затих, но эхо еще долго несло его по горам, наполняя эту картину еще большим ужасом."
"Бой сразу прекратился, и те, кто еще мгновение назад сражался друг против друга, сейчас плечом к плечу метнулись к краю дороги, пытаясь разглядеть, что стало с королем.
И когда лейтенант Чандлер дрожащей рукой снял с головы шляпу с пером и что-то беззвучно забормотал — должно быть, молитву, — я поняла, что для Нормана всё было кончено.
Дернулась к обрыву и Армель, но я удержала ее. Такое зрелище было бы слишком шокирующим для ребенка.
— Я поступила очень дурно, мадемуазель Эльвира, — вдруг тихо сказала она.
— Дурно? — встрепенулась я. — О чём ты говоришь, дорогая?
Я наклонилась к ней, обняла.
— Я сделала всё так, как учил месье Лурье, — прошептала она прямо мне в ухо. — Я посмотрела ему прямо в глаза и велела ему сделать шаг назад. А ведь я знала, что там была пропасть.
Я сжала ее еще сильней, еще не понимая, должна ли я верить ее словам.
Всё это могло быть не более, чем совпадением. Трагическая случайность, которая привела к нелепой гибели монарха.
Попросив Кипа подержать Армель за руку, сама я подошла к обрыву. Внизу, на серых камнях, лежало бездыханное тело Нормана.
На нас уже никто не нападал, но страх не отступал. Наоборот, теперь я чувствовала еще большую тревогу.
