Правда, все одно — никуда не поедешь, под ногами чавкающая глинистая жижа.
Мать пришла от соседки, принесла горестную весть, де, у Влеса в дому беда — надысь ходил мужик в лес проверять силки, а там на него бросился волк. Разодрал плечо и был таков. Но, пока дотащился охотник до дому, пока рассказал — что к чему, уже смерклось, и за обережниками идти побоялись.
— Да что ж такое, ведь говорила же! — в сердцах хлопнула ладонью по столу Лесана. — И, поди, в доме он у них?
— Нет, дочка, нет, все, как сказано — в клети заперли.
Он там всю ночь в горячке и прометался, а Звана в избе рыдала с ребятами.
Тамир мрачно взглянул на девушку:
— Идем. Только я наузы возьму.
Когда они, по колено сырые и грязные пришли во Влесов дом, их встретила зареванная молодая женщина с ребятенком на руках:
— Уж я не знаю, как ночь-то скоротала… Как он там — один… Будто пес бездомный, — причитала несчастная, идя след в след за обрежниками.
— Ты иди в избу, Звана, — мягко сказала ей Лесана.
— Иди. Умойся, ребят успокой. Не бойтесь.
Женщина отстала, горько всхлипывая.
В клети было темно и пахло смердящей плотью. Влес лежал на меховом одеяле и беззвучно шевелил губами, глядя куда-то в пустоту. Тамир склонился над мужиком и покачал головой:
— Рука почернела…
По очереди Осененные осматривали сельчанина, а тот в бредовом забытьи что-то шептал, куда-то торопился.
— Настойки и припарки уже не помогут. Потеряли мужика, — сказал колдун и полез в заплечник.
— Стой, — Лесана удержала его. — Если упокоишь, то на Зов Серого он уже не выйдет.
— Вот и славно.
— Нет. Не славно. Зачем нам Стаю отпускать? Пускай обращается. Они выйдут к деревне. И он их впустит.
Колдун пристально смотрел на собеседницу. Наконец, отодвинул заплечник в сторону и, усевшись на пол, спросил:
— Что делать хочешь?
Девушка посмотрела на мечущегося Влеса и начала говорить.
73
Лесана сидела на сушилах, вглядываясь в ночь.
Надежды не оправдались. С приходом сумерек снова начался дождь. И темнота стояла — хоть глаз коли. Хорошо, если непогода в ливень не перейдет. Если же перейдет — вовсе замаешься.
Передок Влесова сеновала пришлось разобрать. Сено сдвинули подальше, чтобы уберечь, но какая-то часть все одно мокла под дождем. Жалко. А ничего не поделаешь. Рыдающую же Звану с малышами спровадили ночевать в дом к мужнину брату. Так оно спокойнее.
