В Донецке ей было плохо – всегда рвалась в Москву, скучала по бабушке. Приезжала очень часто – под разными предлогами и без. Рожать меня тоже приехала в столицу. Ну а потом сбежала окончательно и навсегда, вместе со мной. Отец, конечно, примчался следом. Уговаривал вернуться, предлагал остаться, но не срослось – мама уже страстно влюбилась в другого. Второй ее брак не был счастливым – увы! Но – отчима она любила. Однажды сказала:
– Рано мне встретился твой отец. Что я тогда понимала? Вот если бы позже…
Начало лихих девяностых
В 90-е, когда все разваливалось, закрывались научно-исследовательские институты, учителям и врачам месяцами задерживали зарплату, в Польшу и Турцию рванули поезда с научными работниками, врачами и учителями – торговать, «делать бизнес».
Мы с мамой тоже поехали в Польшу – в основном потусоваться, «словить» впечатлений. Тянули туда польские корни: Варшава – родина семьи маминого отца, моего деда Стефана. На то, что у нас выгорит бизнес, мы не рассчитывали – все про себя понимали.
Но тут копеечные, дешевые туры – и заграница. Публика в нашем вагоне собралась наиприличнейшая. Разговаривали о Галиче (соседка по купе защитилась по творчеству Александра Аркадьевича), Цветаевой, Пастернаке, об авангарде 20-х годов. Из всего этого путешествия лучшим была дорога.
Наши новые приятели везли с собой ерунду – бульонные кубики, мясорубки, чесночницы, нитки мулине (наверное, польские домохозяйки любили вышивать гладью), чай, кофе.
У опытных и толковых было что-то из техники – например, пила или рубанок. И даже токарный домашний станок.
Выгрузились в Белостоке. Рынок раскинулся совсем близко от здания вокзала. У рыночных ворот про дружбу и симпатию некоторые из попутчиков сразу же забыли и постарались отхватить хлебные места – у входа в рынок, прямо у ворот, в центральном ряду. Но внутрь рынка войти мы не успели – нас перехватили благочестивые белостокские пенсионерки – приятные дамочки в шелковых платочках, плащах и туфлях на «уютном» каблуке.
Мы с мамой, не оглядевшись и не присмотревшись, моментально, без обсуждений, распотрошили свой скромный баул и тут же все отдали оптом и сразу – чтобы поскорее закончить. Цена нас не очень интересовала.
Все, мы свободны! Уф! Просто счастье какое-то: теплый октябрь, на улице сухо и солнечно, клены и ясени еще почти зеленые, только совсем немного и ласково тронуты осенним золотом.
