"
"Ну, конечно же, осенило вдруг Еву: это почти точное повторение казни двоих приближённых Порченого, устроенной друидами в Грачёвке! Правда, там песнопения звучали иначе – как объяснял потом Бич, они воспроизводили ритуал наложения проклятия из древних кельтских легенд. И чаши были не деревянные и даже не керамические - что-то вроде грибов с загнутыми вверх краями шляпок, и огоньки в них горели бледно-зелёные…
Крысолицые тем временем убыстряли темп пения, гонг в руках вожака звучал, отбивая такт, непонятные звуки терзали мозг, словно капли едкой кислоты.
«…вот, сейчас…»
Звуки разом смолкли, и на парковке взметнулся столб чёрного света. Именно чёрного – не чёрно-фиолетового, не тёмно-багрового. Как и тогда, в Грачёвке, это была не тьма, не отсутствие света как такового: страшный столб осветил всё вокруг, поглотив на миг свет серенького дня, и бесцветные огоньки чаш совершенно потерялись на его фоне.
Всё это Ева наблюдала не дольше двух-трёх секунд, а потом волна чёрной пыли, словно поднятая ударной волной, окутала и парковку, и крысолицых палачей с их жертвами, и вообще всё – так, что в плотной угольно-чёрной мгле не стало видно даже дома напротив.
Она отшатнулась от окна, но стекло выдержало. Но это, как выяснилось, был ещё не последний аккорд жуткого действа. Вслед за вспышкой чёрного света и пылевым взрывом пришло что-то ещё, непереносимый ментальный удар, от которого женщина бессильно опустилась на загаженный пол, выронив из рук карабин, и разрыдалась – взахлёб, совершенно по-детски, не понимая, как теперь жить в этом мире, который навсегда заполнила теперь эта чёрная, вытягивающая силы и разум жуть.
Депрессивный морок оставил её так же внезапно, как и накрыл. Ева потрясла головой, отгоняя напасть прочь, и приподнялась, выглядывая в окно. На крысолицых, похоже, ментальный удар, вызванный столбом чёрного света, вовсе не подействовал - они по прежнему суетились вокруг пленников, поднимали их вместе с бревном.
Ева подняла бинокль.
Она понимала, конечно, чему только что стала свидетелем. О подобных вещах по всему Лесу ходили жутковатые легенды, однако егеря хорошо знали, что явление это вполне реальное, хотя и крайне неприятное и даже опасное. Однако, до сих пор она, как и другие её коллеги, была уверена, что встречается оно только в одном месте во всём Лесу – в районе Марьиной рощи и Бутырки.
