Двое сразу бросились Еве в глаза. Один - и его сосед, в костюме и при галстуке.
Да это же Шмуль, владелец знаменитого «Шинка», с удивлением поняла она. Ну да, конечно – вот этот, молодой, улыбающийся с яркой грамотой в руках, И сосед его, невысокий, с большими залысинами ей знаком, хотя видела она его всего несколько раз – Мартин, легенда ГЗ, неунывающий алкаш и знаток всех лесных легенд, мифов и преданий. Только здесь он без своего знаменитого стакана, в приличном костюме и при галстуке...
Неужели этот бомжатник – его дом? А ведь похоже на то: Бич как-то рассказывал, что Мартин в день Зелёного Прилива бежал как раз из этих краёв, и что-то так его по дороге напугало, что с тех самых пор, все тридцать лет он не покидает ГЗ.
Что ж, теперь хотя бы понятно, что его так потрясло: стать свидетелем чего-то загадочного и зловещего, превратившего Соколиную Гору в Мёртвые кварталы – от такого у кого угодно крыша поедет…
Она так привыкла к царящей здесь мёртвой тишине, что не сразу осознала, что из-за окна – почти непрозрачного из-за наросшей грязи – доносятся голоса.
А когда осознала, то отшатнулась вглубь комнаты, едва не споткнувшись о брошенный на пол топчан. А голоса всё усиливались – казалось, кто-то отдаёт команды, и те, кому эти команды предназначены, что-то отвечают все вместе – негромко, монотонно. А ещё – топот множества ног и шуршание слоя чёрной пыли под подошвами, невероятно, поразительно громкие в этом царстве мёртвой тишины.
Карабин был уже у неё в руках, пальцы нашарили рукоять затвора.
Ева осторожно, прижимаясь к стенке, подошла к окну и выглянула наружу.
То, что открылось её взору, вполне тянуло на босховские гротески – разве что, выполненные в чёрно-белом стиле. Цепочка людей – каждый был то ли прикован, то ли привязан к длинному тонкому бревну, которое бедняги волокли на плечах. Всего «носильщиков» Ева насчитала около десятка – сгорбленные, и у каждого грубый рогожный мешок на голове. Жуткую процессию вела за собой на верёвке невысокая, коренастая фигура, в длинной, до пят накидке с капюшоном, откинутым на спину.
Ева нашарила в кармане монокуляр. В шестикратном увеличении лицо вожака разительно напоминала крысиную морду. Серая блестящая, словно смазанная жиром, кожа, редкие волосы, пучками на лысом черепе, вытянутый вперёд длинный нос и верхняя челюсть – на миг ей показалось, что из-под верхней губы виднеются торчащие длинные зубы.
Её передёрнуло от отвращения.
