Умар и итальянка долго бродили по выставке, успев и приобрести кое-какие мелочи ( здесь, как и на Университетском рынке, охотно принимали и жёлуди и «замкадную» валюту), полакомиться саговой в меду и орехах пахлавой, запив её вкуснейшим квасом, и поглазеть на выступления многочисленных уличных актёров и фокусников. Культурная жизнь – на свой, неповторимый манер, здесь процветала. На каждом скрещении аллей непременно сидел музыкант со своим инструментом, а то и целая группа; мелькали ярко накрашенные девицы в откровенных нарядах, не оставлявших сомнений в роде их занятий, ловкие ребята с профессионально бегающими глазами предлагали сыграть в напёрстки.
Итальянке всё это живо напомнило Манхеттен, его сравнительно безопасный, «коммерческий» район. И неудивительно: люди, лишённые интернета, кино и телесериалов, неизменно возвращаются к проверенным веками зрелищам и развлечениям.
Когда стрелки на больших механических часах, украшающий один из фонарных столбов, показали девять вечера, по всей Центральной аллее стали вспыхивать огни.
Возле самых богатых павильонов освещение было электрическим – ток, как пояснил Умар, давали генераторы, работающие на кустарном биодизеле. В прочих же местах обходились архаичными газовыми фонарями, соединённымитрубами с коптящими на задворках павильонов кустарными пиролизными печами.
«Обычно на выставке находится около трёх тысяч человек – объяснял спутнице Умар. – Самое густонаселённое место в Лесу, причём постоянных обитателей не больше полутысячи, а все прочие пришлые: барахольщики, челноки, охотники.
Ну и замкадники, конечно, их тут каждый третий. Одно слово — базар!»
Возле одного из павильонов (если верить щитам со схемами, висящим здесь чуть ли на каждом углу, когда-то это было «Приборостроение»), вокруг низкого купола из ржавой металлической сетки скопилась немаленькая толпа. Из-за сетки несся гортанный рык и пронзительное шипение, издаваемые крупными, агрессивными тварями, пребывающими в крайней степени возбуждения. Собравшиеся в ответ разражались азартными воплями, размахивали руками и какими-то узкими бумажками.
Умар и Франа переглянулись – и принялись протискиваться сквозь толпу к центру событий.
***
Площадка, вокруг которой столпились зеваки, имела шагов семь-восемь в поперечнике. По периметру её ограждала железная решётка, закреплённая на вбитых в землю арматуринах, а сверху импровизированную «арену прикрывал приплюснутый колпак из двойной сетки рабица на железных дугах.
