Миг истины, решил Эрик; тот миг, который меняет мысли и судьбы разумных существ, доказывая, что реальность не так проста, как до этого они полагали.
Молчание прервал Хурцилава. Сделав шаг назад, он поклонился по земному обычаю, изящным жестом поднес руку к подбородку, а затем промолвил:"
"– Как представитель Земной Федерации в системе Утарту, расстаюсь с высоким харши’ххе в надежде, что мы достигнем взаимопонимания. Уверен, что в грядущем нас ждет прочный мир, ждут торговые контакты, выгодные для обеих сторон, ждет полезное сотрудничество в иных сферах и областях познания, которые сейчас мы даже не в силах представить.
Еще раз заверяю высокого владыку в нашем неизменном почтении, и если у него нет более вопросов, прошу позволить нам удалиться.
– Рррхх... вопросов нет. Идите! – пробурчал Шеггерен’кшу и медленно попятился, нащупывая ногой шкуру. Встав у головы чудовища, он принял позу власти: сложил руки на груди и устремил взор в бесконечность. Но чудилось Эрику, что владыка, сам того не желая, косится временами на обломки чаши, валявшиеся на полу.
Вслед за Сезун’пагой члены миссии проследовали в галерею. Шихерен’баух, слегка покачиваясь, тащился за ними; последним шагал служитель с останками робота на гравиплатформе. В этом широком, как проспект, коридоре было множество ниш; одни занимали доспехи, оружие, охотничьи трофеи, в другие открывались проходы в глубь дворца, скудно освещенные и большей частью пустые. Не сразу Эрик заметил, что у одного из таких ходов собралась небольшая толпа.
Только женщины, десятка полтора; они стояли молча, неподвижно, как если бы сами превратились в экспонаты музея Шеггерена’кшу, стояли, разглядывая приближавшихся землян. Их одежда разнилась с мужской лишь более яркими оттенками длинных балахонов да изобилием каких-то украшений, фигуры и лица не радовали взгляд – те же массивные челюсти, мощные валики надбровных дуг, сероватая кожа и пара шишек, упрятанных в серебристые колпачки. Но чем-то они отличались от шуш’хакель, привезенных в миссию «говорильником», и Эрик, уловив исходившую от них ментальную волну, решил, что дело не только в богатых одеждах.
То были самки дома правителя, и они держались с достоинством настоящих принцесс. Или королев, если среди них имелись жены Шеггерена’кшу.
Сезун’пага замедлил шаги, потом остановился перед рослой особой в центре группы, что-то почтительно пробормотал и поднес ладонь к челюсти. Земляне повторили этот жест.
