Арди же, находившийся позади, прекрасно видел, как маршал держал пальцы около рукояти револьвера. — Мы дождались Плащей. С ними маг. Вот, привел. Зовут Ардом. Посмотрит твою дочку.
На мгновение в глазах мужчины зажглась надежда, но стоило ему посмотреть на Арди, как она тут же сменилась недоверием.
— Маг? А где тогда его плащ и погоны? — ружье, еще недавно опущенное в землю, теперь снова смотрело в грудь маршалу. — Обмануть меня собрался?!
— Никакого обмана, — покачал головой Андрей. — Слушай, Антон. Думай сам.
Я и так буду должен Плащам из-за того, что попросил у них помощи. Если тебе не надо — я с радостью…
— Нет-нет-нет, — тут же запричитал Антон. — Прости, я… просто… она все, что у меня есть, понимаешь… Понимаешь?
— Понимаю, — вздохнул Андрей и, судя по тону — действительно понимал. — Пустишь?
Мужчина еще какое-то время промешкался, но опустил, наконец, карабин и отодвинул шторку.
— Проходите.
— Давай, здоровяк, — поторопил маршал, надевая шляпу. — все там не поместимся. Я здесь побуду.
Рядом. Если что, то ты… ну, понял, в общем.
Арди, если честно, вообще ничего не понял. Почему Антон так боялся маршала, зачем тому карабин и вообще… нет, все же, наверное, придется потом опять порасспрашивать Тевону.
Поднявшись по приставной лестнице, Ардан попал внутрь вагончика, где, на аккуратно сложенных тюках, посреди невзрачных сундучков и, даже, одного ветхого шкафа, на плотно набитом матрасе, под одеялом, лежала девушка.
По меркам Матабар — уже совсем взрослая, потому как не первый год могла завести потомство, а для людей — еще девочка, потому как лишь в следующем году встретила бы свое совершеннолетие.
Рядом с ней, держа в руках небольшой деревянный поднос с какими-то скляночками, сидел на ящике еще один мужчина. Куда моложе Антона. Лет тридцати двух, может тридцати пяти. И, судя по тому, что у него на голове вились блондинистые волосы; под кустистыми бровями сияли задумчивые голубые глаза; чертами лица, тонкими и острыми, можно было хлеб порезать, а нос щеголял небольшой горбинкой, то он совсем никак не мог приходится родственником этим северянам.
— Март Борсков, — коротко представился второй мужчина. — Врач.
Арди кивнул и, не найдя место, куда можно поставить свой посох, просто положил его рядом.
— Вам что-то надо? — спросил вставший за спиной Антон. — Какие-нибудь… я не знаю там… это… ну… я…
— Ничего, — успокоил его Арди. — Разве что немного света. Здесь темно. Хворь любит, когда темно и боится света.
