Раз уж мы все равно живем у Змеиной заводи, можно было бы и прогуляться.
— На болото прогуляться? Вы, городские, с жиру там все беситесь, если вам такие прогулки подавай! Я вчера тебе, Паша, что сказал? Я тебе сказал, чтобы уносили ноги из того дома! А ты ко мне сегодня опять с расспросами! Не найдется у нас в деревне никого, кто захочет провести вас на болото, — продолжил Михалыч уже почти спокойно. — Нет дурных. Столько народа там пропало…
— А дети? — спросил Apec.
— Что дети? — Лицо Михалыча напряглось и окаменело.
— Ты про каких детей?
— Про маленьких, лет шести-семи. Не пропадали?
Михалыч побледнел. Бледность проступила даже сквозь темный, почти тропический загар. Значит, двигался Apec хоть и наощупь, но в правильном направлении.
— Если бы у нас тут пропали дети, — сказал Михалыч, утирая пот со лба, — то все твое болото уже давно оцепили бы и даже осушили! Не пропадал никто.
— Никто, кроме копателей.
— Копатели знали, на что шли.
— Точно знали? Вот я, например, ничего не знаю.
— А раз не знаешь, так и не суйся! Шашлыка поели, местными красотами полюбовались и валите отсюда!
— А живность какая-то на болоте водится? — спросил Apec простодушным тоном.
— Какая живность? — снова насторожился Михалыч.
— Мы с напарником нашли череп. Вот такущий! — Apec развел руки в стороны, изображая размеры черепа.
— Где нашли?
Разговор не клеился. Михалыч пока задавал больше вопросов, чем сам Apec.
— В доме. В кладовке. Череп размером с коровий, но по виду скорее змеиный. Только трудно представить змею такого размера.
У вас же на болоте анаконды не водятся?
— У нас на болоте водятся только залетные дурни, которым нечего делать. — Михалыч нахмурился.
— А как же дети? — спросил Apec и улыбнулся. Он не стал дожидаться встречного вопроса. Ему изрядно надоело это жонглирование словами. Вместо этого он продолжил: — К нам ночью заходили гости. Мальчик и девочка.
— Заходили?… — потрясенно переспросил Михалыч.
— Ага, рассказывали, что потерялись на болоте и едва не утонули, — продолжил Apec.
— Говорили, что очень хотят согреться и покушать.
— Вы их пустили? — голос Михалыча упал до шепота.
— Нет. — Apec покачал головой. — Мой босс оказался бездушной скотиной и не пустил бедных малюток даже на порог. — Ему показалось, что Михалыч облегченно выдохнул. — А вы вот утверждаете, что не пропадали дети. Как же так?
— Куда они… — Михалыч потер глаза. — Куда они делись?
— Дети? Ушли!
И снова облеченный выдох. На сей раз уже явственный.
