— Как грубо! Между прочим, я тобой тоже недовольна. Совсем не обязательно было рассказывать о нас с тобой.
— Не о нас, а о тебе.
— Это одно и то же, — ответила она с присущей ей жизнерадостностью. — Думаю, ты знаешь, что теперь мне не избежать бесконечных душеспасительных бесед.
— Вот и прекрасно. Может, им в отличие от меня удастся тебя образумить.
— Они будут толковать только о том, что ты неподходящая пара, но это мне известно.
— Зачем же ты упорствуешь?
— Здравый смысл не имеет никакого отношения к чувствам, которые вызываешь у меня ты.
— Боже, только не начинай сначала. — Он отодвинул ее в сторону, но она быстро преградила ему путь к выходу.
— Я еще не все сказала, Уоррен.
— А я — все.
— — Ты понимаешь, что дал им оружие в руки? Они отговорят отца, и он не даст нам согласия.
— О, ты имеешь в виду, что из сегодняшнего вечера получится что-нибудь путное? — ответил он.
— Не надейся. Просто тогда нам придется бежать.
— Эми, скажи, ты теперь уже больше не боишься, что тебя отошлют в деревню? Я полагал, это было твоей основной заботой.
Наконец-то самоуверенности у нее поубавилось.
— Пока это еще возможно. Но ты не беспокойся. Я вернусь.
— И тебя вновь сошлют?
— Может быть, но я все равно вернусь.
— Надеюсь, к третьему разу я уйду в море. Она с неодобрением покачала головой:
— Ты изо всех сил пытаешься рассердить меня, и тебе это удается. Но на твое счастье, у меня не остается ни капли зла на тебя.
— Чего нельзя сказать обо мне.
— У тебя еще все впереди. Уоррен тяжело вздохнул:
— Ты все время нарушаешь правила! Ты должна не поощрять меня, а отбиваться.
— Покажи, где это написано.
— Ты прекрасно знаешь, что у тебя ни стыда, ни совести.
— Да, но я только с тобой так себя веду. Разве я тебе не говорила?
— Да, говорила. — Но Уоррен все еще ей не верил. А если она не беременна… — Ты просто надеешься заманить меня в ловушку, подарить чужого ребенка. Вот почему ты так настойчиво добираешься до моей постели.
Вот это наступление!
— Почему ты не веришь моим словам? Разве ты первый раз слышишь, как ты красив и какое желание вызываешь? Почему бы мне не хотеть тебя ради тебя?
— Уверен, что не вызываю никакого желания.
Он воспитывал это в себе годами и теперь уже не сомневался.
— Не беспокойся, я все улажу. Находиться с тобой рядом будет очень приятно, ты станешь очарователен, как Дрю, и спокоен, как Томас. Просто надо обуздать твой темперамент. И все. С тобой будет приятно иметь дело, и я жду не дождусь, чтобы мы поженились.
