В руке ощущалось тепло, кончики пальцев онемели. Татьяна продолжала ощущать в них легкое покалывание.
Девушка открыла рот и снова попыталась вздохнуть. Наконец-то холодный воздух достиг легких, и она задышала. Боль, как ни странно, постепенно стихала. Как будто не Таня скатилась только что кубарем с лестницы… Если бы не эта дрожь…
По всем ее членам разливалось приятное тепло, но вскоре оно превратилось в сильнейшее жжение. Татьяне казалось, что кровь вскипает в ее жилах, сердце бьется все быстрее и быстрее, вырабатывая это самое тепло и быстро разгоняя его по телу.
Это чем-то напоминало сеансы медитации, когда Таня мысленно направляла энергию во все уголки своего организма. Только теперь она ощущала эту самую энергию гораздо сильнее. С ней что-то происходило.
Девушка попыталась сесть, тяжело оперлась о перила и поднялась на ноги. Дрожь понемногу унималась. Голова все еще кружилась, но боль уже практически не ощущалась.
В этот момент Тамара Петровна на лестнице издала громкий пронзительный вопль:
– Она встала! Держите мерзавку!
И Оболдина запрыгала вниз на одной ноге, цепляясь руками за перила лестницы.
Татьяна метнулась к входной двери и резко дернула ее на себя – та оказалась заперта на щеколду. Девушка трясущимися руками попыталась открыть запор, но тут за ее спиной раздался громкий топот ног.
Она дернула дверь что было сил, и та наконец распахнулась. Озверевший отец уже протягивал к ней свои скрюченные пальцы, шипя:
– Стой, дрянь!"
"Он ухватил ее сзади за футболку, ткань затрещала, но Татьяне все же удалось вырваться.
Она слетела с крыльца, выбежала со двора на улицу и… растянулась, споткнувшись о какой-то камень. Отец уже был на террасе. Она вскочила, не обращая внимания на боль в разбитых коленях, и понеслась вниз по улице. Промчалась мимо ошарашенных молодых соседей, выходивших со своего двора, едва не сбила с ног нескольких старушек, среди которых была и бабушка Витька. Старушки что-то закричали ей вдогонку, но она не расслышала.
За ней гнался отец, и все ее мысли были только о том, как от него сбежать.
– Я тебя все равно поймаю! – вопил он. – Куда ты денешься? Рано или поздно ты вернешься домой!
В глубине души Татьяна и сама прекрасно это понимала. Без документов, денег и вещей далеко не убежишь. Но она понимала и то, что, если хочет остаться в живых, нужно бежать.
Она неслась в сторону деревенского рынка, и ее силы не иссякали. Напротив, скорость становилась все больше и больше.
