— Как мой внук перенёс все эти приключения? — спросил Громов, остановившись на брусчатой дорожке, стиснутой деревьями.
Прохладный вечерний воздух щекотал кожу лица, а немного в стороне светил изогнутый буквой «г» фонарь.
— Чуть не помер от страха, — честно сказал я, ощутив протестующее пищание Александра.
Смертный мрачно нахмурился и быстро отвернулся, чтобы я а, соответственно, и Громов-младший не увидел возникшего на его лице разочарования. Мужчина знал, что его внук может наблюдать за ним через наши общие глаза.
— А мне из-за атаки Хаоса, видимо, так и не удастся собрать команду охотников на монстров, — перевёл тему Громов, напустив на свою физиономию каменное выражение. — Даже не знаю, чем теперь заняться, чтобы заработать на жизнь. Этот дом требует больших вложений.
— Как не знаешь, чем заняться? Половина города разрушена: кафе, рестораны, производства, магазины… Быстрее занимай освободившееся место. Только вкладывай деньги в самый прибыльный бизнес, пока другие не смекнули что к чему.
— Да как-то… подло, что ли, — замялся дворянин. — У людей горе, а я быстрее-быстрее займу их место под солнцем.
— А ты как хотел? Хищный оскал капитализма. Сильный и проворный жрёт слабого. Прям как в Пустоши. Ты подумай-подумай над моими словами. Второй такой возможности может и не подвернуться.
— Подумаю, — нехотя проговорил Громов, сцепив руки за спиной.
— А ещё подумай вот над чем. Нам нужно пересмотреть условия нашего договора. Два года — это слишком много. Я за это время с ума сойду.
Нужно кое-кого отселить, — заговорщическим шёпотом произнёс я, внимательно оглядевшись. Вроде бы никого.
— Как отселить? — тихо спросил смертный, изогнув бровь.
Громов-младший повторил вопрос деда, только мысленно.
— А вот так. Есть у меня идея, как это провернуть. Только нужно найди подходящее тело.
— А что будет с… э-э-э… оригинальным телом? — просипел Громов, порядком шокированный моим предложением.
— Оно мне сейчас нужно. Но я по возможности верну его, как раз через пару лет.
— А что же… кхем… будет делать Саша? — совсем понизил голос мужчина, подавшись к моему плечу.
— Как что? Жить, а не делить со мной одну квартиру из костей и плоти. Просто найди для него какого-нибудь человека при смерти или в коме. Ну, такого, чтобы был на грани смерти или ещё лучше — лежал под капельницей, а его разум был повреждён, а то и совсем отключившимся. Сам, короче, сообразишь.
— Даже если всё получится, этого человека не примут ни Павел, ни Лидия.
