Накрыли такую поляну, словно ждали в гости не только всех кадетов академии, но и преподавательский состав во главе с ректором.
Белова и Огнева тут же принялись наперебой нахваливать угощения, но делали они это не как говорливые простолюдинки, а в изысканной аристократической манере. И пока выигрывала баронесса, тепло обнявшая улыбающуюся Лидию. Графиня обниматься не полезла. Всё-таки она впервые увидела мать Александра.
А вот Павлу Белова ласково улыбнулась. Тот чуть не растаял от её улыбки, да и от вида выгодно подчёркнутой платьем груди.
Кажется, у них это семейное. Он, как и старший брат, чуть ли не сразу начал смотреть на графиню влюблённым взглядом. Огнева отошла на второй план. Зато Лидия точно тяготела больше к баронессе.
Громов-старший предпочёл общаться с Румянцевым. Они нашли какие-то общие темы.
Но уже минут через пять все разговоры за столом крутились вокруг сегодняшних событий.
Павел сразу же возмущённо запыхтел, стоило ему узнать, что власти хотят все скрыть.
Громов же, напротив, согласился с моим мнением, что в этом для империи есть смысл.
Каждый высказал свою точку зрения, а затем мы вспомнили павших, пожелали им отлично устроиться в царстве Марены и в тягостной атмосфере выпили вина.
И чем больше мы пили, тем быстрее уходила печаль, сменясь задорным блеском в глазах. Снова зазвучали шутки и пока ещё робкий смех.
— Анастасия, тебя ещё не замучил своими остротами мой сынок? — между делом спросила у мулатки улыбающаяся Лидия, явно намекая на наши отношения.
— Нет, что вы, — ответила та с улыбкой, делая вид, что не поняла подтекста.
Но тут встряла Белова, удивлённо выдохнув и округлив глаза:
— А вы разве не знаете, что они расстались? Ой! Или это нельзя было говорить?
Блондинка в притворной растерянности посмотрела на меня, а затем на слегка помрачневшую Огневу.
В гостиной повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь шорохом одежды слуги, который менял опустевшие блюда на полные.
— Давайте выпьем за светлое будущее! Чтоб боги были к нам милостивы! — прервал я молчание, подняв бокал с вином.
Все с наигранным энтузиазмом поддержали мой тост, после чего ужин продолжился. И уже никто больше не касался темы моих с Огневой взаимоотношений. Только я нет-нет да видел, как Лидия осуждающе смотрит на меня и ободряюще жмёт ладошку баронессе.
Не сказать, что это меня раздражало, но немного отвлекало, однако не так сильно, как отвлекал Громов-младший.
