В общем, какая может быть жаба, когда десяток в Гильдию отдал? Плюс еще имеется больше десятка и никак нельзя их использовать. Хотя это вилами на воде писано, перепроверить необходимо. Но в любом случае это убер-вещи, поэтому решено!
– Беру, но сначала давай его примерю, оценю. И кстати, ресурс батарей там какой?
– Ресурс – пять лет использования. Потом топливный элемент, да, именно топливный элемент, а не батарея, выкидывается, меняется на новый. Тестирование обязательно сделаем, чтобы никаких вопросов не имелось.
Все у тебя перед глазами будет, костюм же умный, – улыбаясь, похлопал по плечу манекена Каштан, явно довольный моим решением.
Может, и переплатил сильно, но и черт с ним! Своя жизнь дороже, и не хочется потом подохнуть из-за глупой алчности.
Ложка дорога к обеду.
* * *Когда они ввалились в кафе, я сразу понял – по мою душу! Да иначе и быть не могло…"
"Эту отнюдь не святую троицу я срисовал еще на выходе из гостиницы. Но там лишь краем глаза отметил на обочине одинокий восьмидесятый «Лендкрузер», подготовленный к покорению бездорожья так, будто завтра предстояли соревнования по трофи.
Если бы не реакция трех лбов в салоне, которые, заметив меня, едва не прилипли к стеклам окон носами, то наверняка даже не обратил бы внимания. Но и в этом случае лишь взял на заметку. Мало ли… Может быть, ждали кого-то. Ленивая одурь от безделья, помноженная на погоду и отсутствие хоть какого-то движения на улице, превращала любое изменение обстановки, например появление непрошеного прохожего, в некое важное событие.
Просто же сидеть наверняка надоело, все темы, какие можно было обсудить, обкашляли, оставалось только курить и смотреть по сторонам.
К вечеру небо заволокло сплошной пеленой серых облаков, закрывших местное светило, клонящееся к закату. Температура сразу упала градусов на десять. А потом капля за каплей, с некой ленцой, но постепенно расходясь, заморосил дождь. И, судя по всем признакам, пришел он надолго, совсем как осенью в средней полосе России. Даже запахи из приоткрытого окна в гостиничной комнате такие же.
Кафе-бар «Михалыч» – забегаловка общепита – располагалась через дорогу, почти напротив отеля «Анжела», названного так в честь хозяйки – обворожительной тридцатилетней женщины, похожей на француженку. От ее голоса кидало в дрожь, до мурашек по спине.
Если бы не чувство безмерного голода, то после душа завалился бы спать. Или, устроившись в глубоком кресле, взялся за чтение мануала к моему бронекостюму.
