— Левина, — шипит Герман, которого реально бесит все, что я делаю, — ты на вопрос отвечать будешь?
Что? А!
— Какая тебе разница, что у меня за планы? Или ты решил провести эту ночь со мной?
Бергман кривится:
— Ты поэтому не вся оделась? Рассчитывала на что-то? Древности меня не интересуют, а уж древние девственницы и подавно. Мне есть, с кем провести приятно время.
— Желаешь поделиться, с кем конкретно и как именно? — любопытствую я, а сама под столом наступаю Герману на ногу, благо они у него длинные, сидит он рядом, и дотянуться легко.
Жаль только, что тапки — так себе орудие мести.
— Зачем тебе, хочешь набраться опыта в теории? Это так не делается… — подкалывает меня он.
— Может, я практиковаться иду, — ворчу я.
— Никаких сомнительных практик! — внезапно рявкает Бергман, переходят с агрессивного шепота на полную громкость.
Заметив, что на нас все уставились, он снова сбавляет:
— Ты — моя девушка, хоть и временная! Скромность украшает, Левина!
— Чего это сомнительных? — раздражаюсь я.
— Жди единственного! — приказывает Бергман, крылья носа которого побели от возмущения.
— Не расстраивай Розу Моисеевну.
Я прям обтекаю. Он, значит, пойдет вечером кобелировать, а я должна ждать единственного? Это что за шовинизм?
— Чего ты раздухарился? — я прям злюсь. — Ты же считаешь, что на меня даже в темной подворотне никто не позарится!
Герман явно собирается ответить мне нечто эпичное, и я завожусь в предвкушении, но все портит уже звонок его телефона.
Выбираясь из-за стола, он принимает вызов, и мне, как сидящей достаточно близко, слышно девичий голосок, полный томных интонаций.
Бергман на мой насмешливый взгляд, делает морду кирпичом.
Ну-ну. Блюститель морали, йопть!
Когда он возвращается к столу, я демонстративно его игнорирую, участвуя только в общей беседе.
Мне на самом деле не по себе, и от зависти, что у Германа в отличие от меня личная жизнь кипит, и от того, что неизвестная баба бесит меня так, что я готова ей сделать какую-нибудь пакость. Меня не должны волновать постельные пассии, Бергмана! Для ревности нет никакого повода!
Только умные доводы плохо сочетаются с эмоциями, и к окончанию посиделок, я пребываю в довольно хмуром настроении.
Надо что-то с этим делать. Еще не хватает вызвать сочувственный взгляд бывшего. Этого я точно не перенесу.
В прихожей Бергман помогает надеть мне пальто, умудряясь провести ладонью мне по спине между лопаток.
Ищет, зараза. Все никак не угомонится. Я ему на день рождения подарю лифчик.
