До одури скучаю по тому счастливому времени, когда спокойно нежилась в кровати, поглаживая тугое пузико, потом, закутавшись в мягкий халат, шлепала на кухню в меховых тапках. Делала себе кофе с зефирками и пила его, глядя машу и медведя.
Все, кончились мультики. Начались фильмы ужасов со Смолиным в главных ролях и папаней на подтанцовках.
Может, в деревню свалить? Куда-нибудь в тайгу. Где на сотню километров буду только я и десяток медведей? Хотя уверена, Кир меня и там достанет.
И это еще его предки, похоже не в курсе, что бывшая невестка понесла и вот-вот готова осчастливить их внуками.
Стоит только подумать об этом, как телефон снова оживает.
Твою мать! То есть его мать!
— Отстаньте от меня все, — со стоном прячу голову под подушку и жмурюсь, будто это может спасти меня от навязчивого гула, — просто идите туда, где были все это время.
Я в таком состоянии, что кажется будто подо мной тонкая ниточка, а ниже – пропасть. И вот иду я по этой ниточке, ручки в стороны растопырила, убого мотаюсь то в одну сторону, то в другую, пытаясь удержать равновесие.
Повторяю про себя, что нервничать нельзя, что нервничать вредно, что беременная должна быть румяной и счастливой, мечтать о розовых пупсиках, и не расстраиваться по пустякам.
Однако, после следующего звонка несчастная ниточка моего терпения рвется с громким треском.
У меня нет привычки игнорировать незнакомые номера, поэтому, когда вижу на экране набор цифр, отвечаю без лишних раздумий:
— Слушаю.
— Светлана Геннадьевна, добрый день, — в трубке раздается красивый голос, — напоминаем, что у вас сегодня прием в пятнадцать тридцать.
Не забудьте с собой карту.
— Какой прием? — туплю, — какая карта?
— Евгений Петрович, должен посмотреть, что вам назначали раньше.
— Кто такой Евгений Петрович?
— Ну как же, — мягко усмехается она и говорит со мной, как с маленькой, — врач, который будет вести вашу беременность. Ваш муж обо всем договорился, так что с нетерпением ждем вас в нашей клинике.
Она еще что-то чирикает в трубку, но я уже не слышу.
Перед глазами красные круги, в груди надрывно бухает.
Я убью его! Прямо сейчас!
Глава 8
Я специально пью кофе не торопясь, чтобы по возможности успокоиться и остыть. Очень хочется найти какой-нибудь стабильный островок внутри себя, и спрятаться на нем от все доброжелателей, уверенных, что имеют право совать нос в мои дела и навязывать свои условия.
Очень хочется. Правда. Но ни черта не выходит.
Беременные гормоны зашкаливают, в висках грохот, во рту горечь.
