Наскоро собираюсь, бросая в сумку лишь самое необходимое, покупаю билет на самый ближайший рейс и улетаю из города.
В тот же вечер, когда я уже на побережье, удобно устроившись на шезлонге, лениво потягиваю через трубочку свежевыжатый сок и наблюдаю за тем, как волны неспешно накатывают на берег, мне приходит сообщение от Кирилла.
Ты где?
Первый порыв – не отвечать. Но мы не сопливые школьники, чтобы страдать такой ерундой. Поэтому пишу ответное:
Улетела. Вернусь в нужной дате.
И тут же контрольным выстрелом приходит равнодушное Смолинское «Ок», убеждая меня в том, что я все сделала правильно.
Глава 3
На расстоянии быть смелой и решительной гораздо проще. Я могу позволить себе игнорировать звонки отца, и не обращать внимания на его гневные послания. Он все грозиться предпринять какие-то меры, но на самом деле рычагов у него практически нет. Только деньги. И он очень сильно переоценивает стремление людей обладать ими. Мое так точно. Я ничего не хочу. Ни машин, ни квартир, ни шопоголичного безлимита, ни всего остального, чего по мнению отца я должна страстно хотеть, и что до дрожи должна бояться потерять.
Я заранее готовилась к отходу, поэтому у меня есть накопления. Никто не контролировал девочку в тратах, в результате девочка смогла скопить приличную сумму.
У меня есть машина, которую хрен у меня кто заберет.
У меня есть работа. Даже три, потому что в последние дни, стремясь излечиться от сердечной боли, я загрузила себя по полной программе. Причем работа такая, что при всех своих возможностях отец никак не сможет на нее повлиять.
Разве что будет бегать по всему интернету и контролировать там всех и вся.
У меня есть квартира, которую мне оставила бабушка в обход своего деспотичного сына. Две комнаты, не центр, но и не самая окраина, а самое главное, что на другом конце города от прежней жизни, от Смолина.
Про Кирилла думать все так же больно. Правда боль из острой колющей перешла в затяжную, ноющую, и я наивно мечтаю, что когда-нибудь утром проснусь, а этот нарыв на моей душе прорвался и все прошло.
Мы почти не общаемся. Раз в несколько дней он звонит и монотонно спрашивает, как у меня дела. Я отвечаю, что все прекрасно, и на этом наш разговор заканчивается. Видать, я все еще числюсь у Кирилла на балансе в графе «жена», поэтому он проявляет вежливое внимание к моей персоне.
После каждого звонка становится тяжело дышать, и я долго сижу, уставившись мутным взглядом на его фотку на экране. Это снимок с нашей свадьбы.
