— Разрешите, я пройду, — мягко настоял Шибанов, — как-то неудобно в коридоре беседовать.
Старуха отступила в комнату, заметив:
— Знаете, было время, когда молодые люди ломились в мою в квартиру вовсе не для того, чтобы задавать свои глупые вопросы…
Шибанов почувствовал себя неловко в обществе старой кокетки. Она вела себя так, словно он добивался от нее не показаний, а взаимности.
В глубину комнаты Шибанов проходить не стал, тактично остановившись в прихожей. И попросил:
— Пожалуйста, напрягите вашу память в последний раз.
Ведь не каждый день происходит убийство в вашем подъезде. Что-то обязательно должно было вам запомниться еще. Какая-нибудь мелочь, которая не сразу бросается в глаза.
— А знаете, молодой человек, — неожиданно бодро воскликнула старушка. — В ночь убийства Сдобина у нас почему-то отключили свет. Наверняка многие даже не заметили, время-то позднее было. А старики плохо засыпают, вот я и читала от бессонницы. А когда свет пропал, то мне пришлось зажечь свечу.
Шибанов заметно напрягся.
— Вы не знаете, долго не было света?
— С полчасика. Опытный кавалер за такое время как раз успеет барышню соблазнить. — Старушка мелко захохотала. Смех старческий, надломленный, но было ясно, что лет шестьдесят назад он вгонял в краску не одного юношу. — А потом и телефон не работал. Я хотела на станцию позвонить, узнать насчет света. Трубку подняла, а телефон молчит. Думаю, что же это за напасть такая? — всплеснула она руками. — Вдруг снасильничают, а милицию потом как вызывать?
Шибанов натужно закашлялся.
— И долго телефон не работал?
— Утром мастера пришли и починили. Оказывается, какие-то хулиганы провод перерезали. — Старушечьи глаза полыхнули возмущением.
— Этого безобразия у нас хватает, — поддакнул Шибанов. — А крики вы в тот вечер слышали?
— А как же, милок, — отвечала охотно старуха. — Но разве их поймешь, что там за стеной происходит? У нас как пьянка, так обязательно крики. И пойди тут разберись — не то человека убивают, не то веселятся.
— Ладно, не буду вам больше мешать, — улыбнулся Шибанов. — Вы нам очень помогли.
На улице ощущалась весенняя прохлада, и Шибанов с наслаждением вдохнул свежий воздуха. Это не бабкин насквозь затхлый закуток.
Мимо, толкая огромную синюю коляску, шла молодая мамаша, едва ли не старшеклассница. Одета она была почти по-летнему: короткая кожаная юбка упруго обтягивала бедра, колготки черные, с ажурным узором у самых щиколоток.
